Куртка Кирилла ровно висела на плечиках, обувь убрана в обувницу. После нескольких дней показательного разбрасывания грязных чашек по всей квартире, этот внезапный идеальный порядок настораживал больше любой грязи.

Идеальная картина или ловушка для доверчивой дурочки.

Я сделала шаг в гостиную.

Посередине комнаты, прямо под включенной люстрой, стоял Кирилл. Одет в белую, безупречно отглаженную рубашку и темные брюки. На журнальном столике лежал гигантский букет бордовых роз, плотно замотанный в шуршащую прозрачную пленку с золотыми блестками.

Мы замерли друг напротив друга.

Он выдержал драматическую паузу, шумно выдохнул, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень эмоционального истощения.

— Маша, нам надо серьезно поговорить. Без скандалов и эмоций.

Я поставила бумажный пакет из кондитерской на стол. Делить этот вечер с бывшим мужем в мои планы совершенно входило.

— У тебя есть три минуты, пока я мою руки.

Я направилась в сторону санузла. Он метнулся следом, перегородив мне дорогу своим широким корпусом.

— Пожалуйста, выслушай меня. Я был полным идиотом.

Внезапно Кирилл резко согнул ноги и рухнул прямо на наш светлый ворсистый ковер. Попытался обхватить мои колени руками. Я рефлекторно отшатнулась в сторону. Его ладони мазнули по моим ногам и бессильно упали на пол.

Поза была максимально нелепой. Взрослый мужик с протрузией в пояснице стоит на коленях посреди гостиной и пытается изображать раскаявшегося героя любовного романа. В голове мелькнула мысль о том, как тяжело ему будет потом разгибаться с его больной спиной.

— Я совершил чудовищную ошибку. Умоляю, прости меня! Я места себе нахожу все эти дни. Этот скандал, этот развод, это все какая-то дикая глупость. Я мужик, я оступился, да. Но ты же должна понимать, что нами, самцами, управляют инстинкты, мы по природе полигамны, это просто физиология! Ты же умная женщина, ты должна знать такие элементарные вещи. Давай забудем этот кошмар. Я все исправлю. Мы начнем заново. И, кстати, этот букет я два часа по пробкам вез для тебя.

Я детально препарировала его слова в голове.

«Я мужик, я оступился».

Снова это волшебное оправдание любой мерзости. Эволюция, генетика, инстинкты виноваты. Очень удобно перекладывать ответственность за собственную распущенность на учебник биологии за восьмой класс.

«Мы полигамны».

Потрясающая справка для легализации предательства. То есть тащить девицу в нашу постель ему велела сама матушка-природа.

И вишенка на торте: «Ты умная, ты должна понять».

Знакомая манипуляция. В случае моего отказа прощать предательство, я автоматически перехожу в разряд глупых, истеричных женщин, не способных осознать великую мужскую миссию по оплодотворению планеты.