— Знакомьтесь заново, хотя вы уже знакомы, — выдал Кирилл, упиваясь своим сомнительным триумфом. — Это Вика и она будет жить здесь. На моей законной половине.

Внутри меня столкнулись дикое желание взять с кухни чугунную сковородку и абсолютно истеричное веселье. Он привел домой любовницу! И лишь для того, чтобы позлить меня еще сильнее напоследок.

И какую реакцию он сейчас ждет от меня? Что я побегу сейчас в слезах вещи собирать? Не дождется!

Вика переминалась с ноги на ногу, нервно теребя длинный рукав своей толстови. Ей явно было максимально некомфортно в этой унизительной роли. Она сейчас была просто инструментом для чужих разборок.

— О, та самая лапша быстрого приготовления пожаловала, — я прислонилась плечом к дверному косяку. — Добро пожаловать в наш коммунальный ад, Вика. Раз уж планируете занимать полезную площадь, давайте сразу перейдем к правилам.

Кирилл нахмурился.

— К каким еще правилам? — ощетинился он.

Я достала телефон, открыла приложение управляющей компании.

— Бытовым. Коммунальные платежи с сегодняшнего дня делим на троих. Расход воды и электричества гарантированно подскочит. За интернет я плачу сама, пароль от вай-фая вы, граждане сожители, обойдетесь. Да-да, милый, я уже купила новый роутер. Пользоваться моей стиральной машиной категорически запрещаю, она куплена до брака. Кстати, ручная стирка в тазике отлично развивает моторику.

Лицо Вики вытянулось. Она повернулась к Кириллу, ожидая защиты и подтверждения своих прав на базовый комфорт.

— Ты совсем больная? — Кирилл сделал шаг вперед. — Мы будем пользоваться всем! Это общая квартира!

— Пользоваться вы будете унитазом и своей половиной холодильника. И это ты первый затеял игру в дележку всего. Мою посуду, кастрюли и полотенца трогать строго воспрещается. Увижу чужую тарелку в своей раковине – отправлю ее прямиком в мусорное ведро. И да, Вика, длинные волосы из слива в ванной убираем за собой моментально. Чужую линьку выгребать отказываюсь.

— Вы ведете себя очень жестоко, — выдала девица, поджав губы.

— Спать с женатым мужиком в постели его жены – верх милосердия и такта, Вика.

Я развернулась, молча сняла с вешалки ветровку, обулась, подхватила ключи от машины и вышла. Аккуратно закрыла за собой дверь.

Только оказавшись на лестничной клетке, я позволила себе прижаться лбом к прохладной бетонной стене и сделать судорожный вдох. Выдержка далась колоссальным напряжением всех мышц. Успокаивало только осознание того, что Кирилл сам загнал себя в ловушку. Долго этот романтический союз в таких спартанских условиях явно протянет. Девица сбежит первая, это я гарантирую. Хотя в идеале бы обоих их выгнать и забыть как страшный сон, но время еще не пришло.