Домой я вернулась часам к трем. Открыла дверь и споткнулась о мужские кроссовки в прихожей. Те самые, в которых Кирилл вчера гордо удалился в ночь.

В воздухе витал запах выпечки и копченой колбасы.

Из кухни вышел Кирилл. В домашних штанах, босиком, с куском пиццы в руке. Выглядел он абсолютно расслабленным, словно мы вчера просто поспорили из-за немытой посуды.

— О, ты рано, — он откусил кусок. — А я вот пиццу заказал. Пепперони, как ты любишь. Будешь?

Я прислонилась к стене, скрестив руки на груди.

— А что так? Почему не доширак? Или лапша уже приелась, на другой фастфуд потянуло?

Кирилл перестал жевать.

— Маш, ну вот опять ты начинаешь. Я же с миром пришел. Пиццу купил. Давай нормально поговорим, без этих твоих подколов. Ты за ночь остыла, я у друга перекантовался, всё обдумал. Глупо рушить семью из-за ерунды.

— Мы вчера нормально поговорили. Я просила оставить ключи и уйти.

Он молча прошел мимо меня в гостиную. Я двинулась следом.

Кирилл вальяжно рухнул на диван – тот самый, на котором я сегодня пыталась уснуть. Закинул ногу на ногу, взял пульт и включил телевизор, бездумно щелкая каналы.

— Я никуда не пойду.

— Что, прости?

— То, что слышала. — Он закинул руки за голову, устраиваясь поудобнее. — Это и моя квартира тоже. Куплена в браке. Так что половина по закону моя. И я буду здесь жить.

Я нервно усмехнулась.

— Куплена в браке на деньги моих родителей. Мы с тобой вложили туда сущие копейки.

— Докажи.

Слово повисло в воздухе. Кирилл повернул голову и откровенно улыбнулся. Без злости, просто с абсолютно непробиваемой, самоуверенной наглостью.

— По документам мы купили ее вместе, — продолжил он, видя мое замешательство. — Так что, Машенька, хочешь разводиться – разводись. Твое право. Но съезжать я не собираюсь. Мне до работы отсюда ехать пятнадцать минут, тут ремонт хороший, я к нему привык. А если тебя что-то не устраивает – дверь там. Собирай вещи и дуй к маме с папой. У них трешка, места всем хватит.

— Ты привел сюда бабу на мою кровать, а теперь предлагаешь мне съехать к родителям?

— Я предлагаю тебе быть благоразумной. Я из своей квартиры не выпишусь и не уеду.

Он отвернулся к экрану, где шла какая-то дневная передача про ремонт. Идеальная картина семейного уюта, если не брать в расчет, что мой пока еще муж только что объявил мне окопную войну на моей же территории.

Я смотрела на его затылок. Вот он, человек, с которым я планировала свое будущее и обсуждала имена будущих детей. Сидит на диване, жует пепперони и искренне верит, что переиграл меня в два счета.

Хорошо. Будет тебе война, Кирилл.