Произошло с этим крупнейшим американским банком уже в новейшее время что-то нехорошее. Рекордные убытки, финансовый кризис, ипотечный пузырь. Нечто такое, из-за чего «Бэнк оф Америка» даже в отечественных новостях крепко обосновался. Куча людей тогда вроде бы потеряли свои кровные сбережения, но банк устоял. Кажется, так. Не помню, не интересовался.

И есть у меня стереотип о пендехостанской бюрократии, созданный массовой культурой и несколькими прочитанными статьями от лица эмигрантов о том, как на загнивающем западе все не настолько радужно. Четко в голове зафиксировано, что каждый визит в банк — это надолго, через стояние в очереди, муторный сбор макулатуры и недельное ожидание простейших операций.

Но нет, всё не так. В офисе банка, расположенном почти в шаговой доступности от Каньон Плаза, счет Линде открыли в течении десяти минут. Из документов спросили лишь водительские права. Положили на депозит все те же пятьсот призовых баксов, подарили кузинатру и выдали сберкнижку.

Ага-ага, натуральную сберкнижку, у меня точь-в-точь такая же имелась, выданная еще в сберкассе в Советском Союзе, куда родители незадолго до всеобщего краха положили на моё имя немного накоплений «на вырост». Позже те деньги, вроде бы несколько сотен рублей, превратились в полнейшее ничто. Хотя могу в порядке цифр путаться, маловат я тогда был.

И кузинатру, да. Точнее, ее дешевый простенький аналог, без легендарного флёра.

— Всем новым клиентам, кладущим на счет более ста долларов, по акции банка мы предлагаем на выбор взять тостер или блендер, — фальшиво улыбаясь, проговорила женщина-клерк, одетая в цвета американского флага.

— Блендер! — сразу решила моя девушка. Как будто бы всю жизнь только о нём и мечтала. Ну, так-то халява есть халява, забрали.

— А мне счет не следует оформить? — спросил я у Лео.

— Стоило бы, нет лучшего аргумента для семейного суда, чем крупная сумма на счете эмансипируемого, но без разрешения опекуна, причем постоянного, а не временного, как миссис Колон, задача открытия счета невыполнима, — вздохнул Больцман.

— Теперь нам в даунтаун, юридическая фирма «Пирсон и Пирсон», — обозначил я следующий этап маршрута.

— Пи-Пи, те еще прохиндеи с необоснованно завышенными ставками, но на крупном обмане клиентов ни разу не попадались, — выдал справку Лео с заднего сиденья. — Рассказать, как я однажды разнес их младшего партнера в суде по поводу законности корпоративного слияния?

Полный бахвальства рассказ Больцмана можно было бы уложить в «они изначально находились в проигрышной позиции и шансов не имели», но Лео преподнес судебную тяжбу, как свой личный подвиг. Умеет расставить акценты.