Иронично получается. Кто больше несвободен — вкрай затираненная мачехой девушка из неблагополучного района, не имеющая даже денег на обед, или «гений, миллиардер, плейбой, филантроп»? Хотя насчет плейбоя тоже есть сомнения. Слишком правильно и зажато с Селестой себя вёл. Исправим!

— Я согласен разыграть, как ты предложил. Попробуем? До трех побед.

На самом деле у меня в данной игре преимущество. Новички всегда выкидывают либо ящерицу, либо Спока, чтобы попробовать новые жесты. Те что поумнее, понимают, что от них ждут один из двух ходов и тоже становятся предсказуемыми. Но с другой стороны, Монти очень умён, а я обычный парень из трейлерного парка. Как я смогу перехитрить его на логике и блефе?

— Камень, ножницы, бумага, ящерица, Спок! — хрипловатым речитативом прочитала Линда, помогая нам сделать ход.

Показали жесты одновременно. Монти явно пытался играть от психологии — продумывал мои ходы, у него где-то там в умной голове ветвилось дерево вариантов и, не будучи гением, я его не переиграю. А потому положился на его величество рандом. Бог рандома часто проявлял мне свою благосклонность и подкидывал аптечки в играх.

Как настоящий генератор случайных чисел человеческий мозг работать не способен, поэтому я взял число Пи — я его помню до десятого знака — и на каждый из его разрядов заранее подсчитал жесты. Их ведь всего пять.

Камень — ножницы, ящерица — камень, Спок — бумага, ножницы — камень. Я победил. Ходов за десять противник, если он на самом деле настолько умен, заподозрил бы, что я иду по константе, но до трех побед успеть не мог. А на случай еще одного раунда я бы использовал экспоненту или гравитационную постоянную. Да хоть 4, 8, 15, 16, 23, 42 — числа из сериала Лост, его Синклер с гарантией не смотрел.

— Число Пи! — вдруг беззлобно рассмеялся парень, — Так ведь? Очень остроумно!

— Впечатлен тем, что ты так быстро разгадал, — признал я и пожал ему руку.

— Потрясающе! — подтвердил проигравший бродяге Рокки. — Монти, сыграем? Я тоже знаю немало констант!

Ну а я сел на нагретую не то солнышком, не то задом мистера Кларка лавочку напротив бомжа. Запашок от него тот еще, не чемпионский.

— Ставка двадцать баксов за игру, — потребовал «Фишер». Меня немного ломало от жадности, но выложил банкноту на край столика, как делал ранее Рокки, лишившийся своих денег.

Мне, как почти всегда, достались черные. Противник начал бодро разыгрывать испанскую партию, как я видел только что в предыдущей его игре. Я же на пятом ходу двинул пешку на h5, после чего Монтгомери, находящийся в моем поле зрения, начал широко улыбаться.