— Спагетти? Конкретику, пожалуйста, — не стушевался Монтгомери, — я адекватно воспринимаю критику. Наоборот, мне ее очень не хватает. Нанятые преподаватели, шахматные тренеры и школьные учителя все время меня хвалили и складывалось ощущение, что не всегда заслуженно. Льстили, лишь бы не терять заработок.

— Давай я расскажу основные принципы, которых придерживаюсь, а ты уже сам сделаешь выводы, что в твоей программе не так.

Как бы ни хотелось разнести его писанину в пух и прах — это не наш метод. Парня надо подтолкнуть не бросать программирование и развиваться в правильную сторону, а не самоутверждаться за его счет.

— Самое важное, что ты не учел, а преподаватели, скорее всего, не рассказывали, в том, что мы пишем код не только для компьютера, который будет его исполнять, но и для людей. Самого себя и других разработчиков — всех, кому предстоит читать и дорабатывать программу. Всегда пиши код так, будто поддерживать его будет склонный к насилию психопат, который знает, где ты живешь. Я не про себя, если что!

Линда не удержалась от тихого смешка. Да и Синклер понял, что угроза шуточная и широко улыбнулся.

— Пойдем сварим еще кофе, тут напрашивается целая лекция.

И я ее прочитал — про большую часть принципов организации кода, известных мне из опыта будущего. Пару раз пришлось себя одергивать, так как многое, те же SOLID, шло в контексте, неприменимом ни к голому процедурному необъектному Паскалю, ни к Си без плюсов. «Никакого ООП, никаких тебе классов»!

Но все одно рассказал самые базовые вещи вроде понятных имен переменных: это железяке-то все равно, а вот живому кодеру не нужно гадать, что значит какая-нибудь одинокая буква. Упомянул про избавление от «магических чисел» в пользу нормальных констант. Про чистые функции, которые всегда возвращают один и тот же результат при одинаковых аргументах. Про компактный код, не вылезающий за пределы одного экрана. О правильных комментариях, объясняющих, «почему» так написано, а не работающих капитаном Очевидность в духе «это счетчик цикла».

Вместе с Синклером меня с не меньшим интересом слушала Линда. Старался именно для нее говорить и смотреть ей в глаза. Девушка всегда моими рассказами интересуется, вероятно, из-за влюбленности. А к окончанию не такого и короткого выступления обнаружил, что добавился еще один зритель — мисс Селеста Скай, незаметно проскользнувшая сначала в дом, затем в комнату.

— Браво! Браво, мистер Коламбус! — эмоционально захлопала она в ладоши. — Я совершенно ничего не поняла, но ваш пассаж про «компьютеру нужна математика, а человеку — читаемый текст» — горячо поддерживаю. Не надо делать людей пластиковыми!