Забили за пятьдесят баксов и холодильник, и кладовку при кухне. Такую, классическую, очень похожую на имевшуюся в нашей девятиэтажной воронежской панельке.

Линда начала колдовать на кухне, а я пошел позаботиться о лучшем друге. Дюке любит пробежки. Мне самому необходимо тренировать ногу. Взял поводок, намордник, все по-честному. Иначе вредная соседка вызовет полицию из за того, что мы ее тут собаками травим.

Может, на шашлыки всех соседей позвать для знакомства? Барбекюшницы у меня нет, но мы «по-панамски», на кирпичах мясо зажарим — вкусно получится.

На сетчатой крыше вольера Дюке спала черная кошка — прямо ожившая Тьма с крошечным белым пятнышком на левом ухе. Конечно, точно, не заглянув под хвост, не определить, но общие признаки указывали именно на кошечку. Мужики — они и у кошачьих склонны к брутальности. «Как мощны мои лапищи», хвост трубой и всякое такое подобное, а тут само изящество, утонченность и неземная грация. Чем-то на Линду похожа. При моем приближении киса лениво открыла один зеленый глаз, дернула ухом и сладко зевнула.

— Смотрю, дружок у тебя гости.

— Гав! — Дюке, хороший мальчик, лаял не на незваную пришелицу, а здоровался со мной. Кошка полностью его проигнорировала, видимо считая, что двух с половиной метров высоты вольера ей предостаточно для полной безопасности. Как вообще туда залезла-то? Похоже, что через крышу дома.

После моего «кыс-кыс-кыс», окинула презрительным взглядом и начала брезгливо вылизывать лапку, как будто запачкалась от одного лишь зрительного контакта. Красавица, абсолютная милота. Котики не просто так заполонили интернет. Наши четвероногие господа полностью заслужили свой статус священных животных еще со времен древнего Египта. И шумеры тоже очень их уважали, если верить художественной литературе.

Вернулся с пробежки со слегка ноющей ногой. Будем считать прогулку демонстрацией миролюбивых намерений собаки для всех окружающих. Всё-таки Дюке выглядит грозно.

Дома уже одурительно пахло выпечкой, аж слюнки потекли. Те самые розы оказались прямо-таки произведением искусства. Первый противень пирожных-розочек уже испекся и в духовке стоял второй. Линда нарезала яблоки тонкими, с газетную бумагу, ломтиками и свернула из них розовые бутоны, выложенные в песочные корзиночки.

А может, ну их, соседей? Я и сам тут голоден, как каналья, заточил бы десяток. Но нет. Нам никогда не вписаться в приличное белое общество без соблюдения ритуалов. Тут мне не трейлерный парк, где всем плевать. Как минимум, одной старой кошелке точно есть дело до соседей.