По-хорошему, следует убивать деда сразу при встрече, но не думаю, что смогу, даже когда стану адептом. Я от взрыва артефакта чудом спасся, а ведь Апелиус наверняка создал себе атакующие и защитные артефакты, причем, думаю, продублировал их в нескольких экземплярах. Да и время он в тридцать раз замедлять может. Что я ему сделать смогу?
Слабость старика в том, что Апелиус зациклен на покорении империи. И каким бы он ни был гением, у него не выйдет одновременно развивать аспект и строить государство. Вдобавок, вся мощь Апелиуса завязана на знании и артефактах, а тело и энергетика у него страдают. На тренировки у деда сейчас вряд ли есть время, а если и есть, по рангам он будет ползти гораздо медленнее меня — с учетом моего поглощения энергии.
Когда стану магом, я качественно шагну вперед и смогу сравняться с дедом по скорости решений и памяти, не говоря уже про скачок в силе. И стану магом я быстрее, чем Апелиус поднимется на третий ранг — плюс моего бонуса за убийство неофитов в караване обеспечил мне быструю прокачку.
А если уж до третьего ранга доберусь — до того, который "бурю способен заточить в стакан", как говорил тот адепт, что управлял големами, старику придется утереться. Каким бы он там умным не был.
Я вздохнул и полез вверх по скале. Слишком уж замечтался — для начала стоит хотя бы третьего ранга адепта достичь.
Глава 15
Первые двое суток я почти не спал. Рука неожиданно начала синеть, и пришлось решать проблему, практически без понимания, что произошло и как это лечить.
Знаю, при обучении медикам вдалбливают: пока вы не установите, в чем проблема пациента, не давайте ему лекарств, чтобы самочувствие не дай бог не ухудшилось и вы не несли ответственность за смерть человека. Но у меня выбора не было: когда рука синеет, а на ближайшие десятки километров нет ни целителя, ни даже товарища, который твой труп потом закопает, нужно делать хоть что-то. Зелья восстановления не слишком помогали, лишь снимали на какое-то время боль, зато малость помогала циркуляция бао с воздушным аспектом. Вот и пришлось мне упиваться зельями до рвоты и гонять по телу бао. Через двое суток с десятком пятнадцатиминутных перерывов на сон рука перестала напоминать конечность трупа: она по-прежнему оставалась бледной, но это максимум, что я мог сделать без целителя и понимания, что происходит. Надеюсь, не отвалится — мне не хочется переучиваться под однорукого левшу. Зато воздушные заклинания с этой руки почему-то при том же вложении энергии получались на четверть мощнее.
Боль тоже поутихла, и я наконец смог поспать подольше: переделал один из артефактов под сторожевой, чтобы спустя час проснуться от пронзительного свиста, убить воздушными ударами стайку крупных крыс и вырубиться ещё на несколько часов. Треснутые ребра уже срослись от такого количества энергии и зелий, синяки прошли, а рука только восстанавливалась!