Эти магические слова почти не повлияли. Скорее, напротив, жгучий интерес полыхнул пуще прежнего. Все-таки в этой пейзанской жизни при огромном объеме трудной рутинной работы информационный поток слабенький. А тут сразу информационный взрыв! Не удивлюсь, если с дальних сторон села сейчас сюда стремглав несутся здешние любомудры.

Впрочем, пока подкатил «Москвич», из которого спешно выкарабкались Петрович и здешний председатель.

— Василий Иваныч! — взмолился Виктор. — Угомоните своих! Нам работать надо!..

— Федор! — строго вскричал председатель на шустрого дедка. — Тебе больше всех надо? Сказано, работает милиция, стало быть, вам делать нечего!..

— Да Иваныч, ядрена шишка, это что ж делается⁈ Это твои заготовители, я ж тебе говорил, что с ними неладно! Приехали, небось, иконы по деревням обирать!.. Я ж говорил!

— А я без тебя не вижу? Это что, твоего ума дело об этом думать? У тебя вон, огород да хлев, о том и думай!..

Пока шел этот диспут, Петр Петрович спешно прошел во двор, и никто его не остановил. Он сам остановился уже во дворе, глядя на покойника. Лицо его ничего не выражало.

— Да-а… — протянул он, — чем дальше в лес, тем партизаны толще.

Наташа меж тем, схватившись за штакетник, начала подниматься. Слепой квадроберский маршрут уткнул ее в забор, разгораживающий участки. Видимо, слабо сознавая происходящее, она механически начала вставать просто потому, что дальше некуда.

— Гром, молодец, — бросил я псу и поспешил к женщине:

— Наталья… Наталья Владимировна! Как вы?

— А?.. — обронила она, слепо взглянув на меня. Боюсь, сейчас ее взгляд не различал событий ни мира внешнего, ни внутреннего. — Я? Не знаю…

Очень похоже на правду.

— Петр Петрович, — вмешался полковник, — ты дамочку забери, отвези в сельсовет, что ли, чаем ее напоите… Вон, с Василием Иванычем вместе. Она сейчас навряд ли понимает, на каком свете находится. Пусть малость в себя придет.

— Понял, — спецсвязист довольно решительно взял Наташу под локоток: — Пойдемте, барышня, — и она послушно повлеклась, еще раз скользнув по мне пустым взором.

Петр Петрович повел ее к «Москвичу», а Василию Ивановичу еще предстояла нелегкая миссия отбивать натиск населения, прибывавшего на место происшествия. Действовал он, впрочем, решительно, и можно не сомневаться, что порядок будет обеспечен.

Тут мой взор обратился на покойника, которого осматривали Романов и Михаил. Смольников, Гром и Корнет стояли чуть поодаль.

Зрелище, конечно, было малоприятное, но мой жизненный опыт немало демонстрировал мне таких картинок. И похуже…

— Товарищ полковник, — не очень уверенно спросил Миша, — а что за ствол-то у него такой? «Вальтер», что ли?