Банку с вином убрал в кладовку, поставил в дальний угол, рядом с коробкой журналов. Чтобы девочки случайно не перепутали с соком.

Пообедав, хотел пойти в гараж, но передумал.

Раздалась трель телефонного звонка. Снял трубку и удивился, услышав голос Алевтины. Звонить ко мне домой — это уже как-то слишком… Да и в самолете она ведь сама старательно делала вид, что мы с ней едва знакомы.

— Владимир Тимофеевич, простите, что беспокою, — пролепетала она, всхлипывая.

— Что случилось? Почему слезы? — я недоумевал, что могло стрястись за какие-то два часа в Москве.

— Мне квартиру дали, — она снова всхлипнула.

— И что, плохая квартира? Почему слезы?

— Хоро-о-ошая, в Лефортово. Средний Золоторожский переулок. А я даже не знаю, как туда доехать, — и она разрыдалась.

— Ты сейчас где?

— В Заречье. Приехали, я уколы Леониду Ильичу сделала, хотела уже домой идти, а он такой меня позвал и сам вручил ордер. Еще сказал, чтобы в управлении делами помогли с мебелью и посудой. Я вот плачу и плачу, от счастья.

— Так, давай, значит, сейчас выходи потихоньку, а я навстречу поеду. Подберу тебя у дороги. Съездим посмотрим твою квартиру. Ключи дали?

— Да, спасибо большое… — ответила Аля и положила трубку.

В гараж идти все-таки придется. Я быстро спустился, дошел до гаража, выгнал свою ласточку. Смахнул пыль с лобового стекла, залил бензин из канистры в бензобак.

Через полчаса подобрал Алевтину на дороге. Пока ехали в Москву, она не умолкала ни на минуту.

— Я бы не стала вам звонить, но мне очень уж хочется её увидеть. Я сначала ордер Васе показала. Ну прапорщику, который водителем работает. Я вам о нем говорила. Он тоже на выходной идет, но подвезти не сможет — у него дела. Маму надо куда-то отвезти. Вот я вам и позвонила…

Я слушал вполуха, отвечал ничего не значащими фразами. Понимал, что она нервничает и ей просто надо выговориться.

Квартиру Алевтине дали в сталинском доме, на втором этаже четырехэтажки. Она открыла дверь, от волнения не сразу попав ключом в замочную скважину.

— Володя! — Аля перешла на «ты», от восторга забыв напустить на себя суровость. — Посмотри! Какие высокие потолки! И кухня отдельная! И ванная!

Обычная планировка, на мой взгляд. Большая прихожая, из нее коридор на кухню. Стандартно, по пути дверь в ванную комнату, в туалет. Тут же из прихожей дверь в спальню, метров шестнадцать площадью. Следующая дверь вела в большой зал, из которого при желании можно было сделать две комнаты.

— Ой, тут будет Пашкина комната. А здесь я поставлю диван, и стенку хочу, чешскую. И чтобы посуда в ней разная. Обои хорошие, да, Володь? Я первый раз вижу такие яркие! И цветы огромные! Это же подсолнухи, да? Представляю, как посмотрю утром на эти подсолнухи, так сразу и настроение улучшится!