Судя по звукам, доносившимся сверху, Либератор телепортировал сюда всю свою армию целиком — вместе с вертолётами, самолётами, танками, БТРами, огромными боевыми роботами и еще черт знает чем...
С другой стороны, Чуйкин был прав — оставаться здесь было нельзя. Во-первых, меня рано или поздно обнаружат и отсюда выковыряют. Во-вторых, это пространство среди завалов уже на ладан дышало — блок, который подпирало уральское яйцо, от взрывов уже начал потихоньку сдвигаться...
Но меня сейчас волновало даже не это.
Я размышлял о Духовном Перводреве. Физическое Перводрево против Либератора не затащило, Алёнка проиграла адской твари, хотя вкушала Священное Дерево.
А значит, вся надежда теперь была на Духовное Перводрево.
Как там сказал умирающий Полётов? «Единственная сила во Вселенной, которая превосходит Либератора»...
Я должен был собрать Духовное Древо, соединить все двенадцать Тайн масонов, это был наш единственный шанс... Вот это сейчас было важнее всего, даже моей жизни.
— Чуйкин, сколько Тайн радикалов ты знаешь?
— Две, господин, — тут же ответил Чуйкин, как и всегда ничего не скрывая, — Четвертую я вам уже рассказал. Еще знаю первую.
— Знаешь только первую и четвертую? — удивился я, — Это странно, Чуйкин. Мне тут птичка напела, что ты — любимый ученик Либератора.
Об этом мне рассказала в своем сообщении принцесса...
Глаза Чуйкина тут же налились кровью, барон набычился:
— Так и есть, господин. Вот только я Либератора ненавижу. Так что его любовь ко мне — безответная. А ваш дядя ненавидел меня, он ревновал меня к Либератору, завидовал, что я — любимый ученик. И главным у нас был он, ваш дядюшка. Так что к остальным Тайнам меня не допустили.
— Ладно, не кипятись, — примирительно произнёс я.
— Если господин мне не доверяет...
— Я тебе доверяю, Чуйкин. Просто раскрой мне первую Тайну.
— Как господин пожелает, — Чуйкин отвесил мне поклон. — Первая Тайна Либератора звучит так — «пока Освободитель не явится в мир, за него будут говорить его идолы».
Над нами тут же засияла золотая бездна, подтверждавшая, что Чуйкин на самом деле раскрыл мне Тайну.
Я очень надеялся, что мои враги, сражавшиеся сейчас над нами, этот магический сполох не заметят.
Я сунул руку в карман плаща, достал ожерелье Яромилы — еще одна бусина сгорела...
Мне открылась Тайна, которую Словенов называл «Идол».
Десять из двенадцати. Мне осталось собрать всего две Тайны радикалов, лишь они отделяли меня от всемогущества и победы над Либератором.
Впрочем, эта Тайна, раскрытая мне Чуйкиным, явно никакой полезной информации не несла, так что годилась лишь для того, чтобы закрыть очередной слот в моем сете Тайн. Но я на всякий случай уточнил: