Яйцо помещалось на металлических ящиках, рядом стояли мощные компьютеры, издававшие тихий шум. Ящики под яйцом были снабжены окошками, в этих окошках я разглядел мозг, сердца и желудки, определенно те самые, которые на моих глазах выковыряли из трупа Рюрика...

— Моя жена — Василиса, мой сын — Всеслав, — представил нам Полётов двух магократов, суетившихся возле компьютеров.

Василиса оказалась исключительно высокой и статной темноволосой дамой, сын Всеслав же был точной копией Старшего Полётова, только помоложе.

Оба были заняты тем, что кодили что-то на компьютерах. Ну, я так предполагал, по крайней мере. По экранам бегала какая-то инфографика, в которой я, само собой, ничего не понимал.

— А это Мертвякова и Нежиловские, мои гаруспики, — указал Полётов на трех магов в черном, занятых созерцанием органов Рюрика в прозрачных ящиках.

Нежиловские ожидаемо оказались мужиками, похожими на нечто среднее между бомжами, наркоманами и мертвецами.

Их довольно стильные гербы на шевронах мундиров изображали гроб и перекрещенные кости.

Мертвякову я уже и так знал — та самая растрепанная девка-гот, которая кромсала Рюрика в кургане. Она была в том же черном платье, что и вчера, а еще в плаще, украшенном серебристыми черепами.

Судя по всему, одежды без черепов эта барышня не признавала в принципе...

— Вам может показаться, что гаруспики бездельничают, — пояснил Полётов, — Но это не так. В ящиках органы Рюрика, они сейчас оживлены некромантией. В случае если хоть одна молекула органа Рюрика умрёт хоть на мгновение — будет катастрофа. Поэтому мои гаруспики наблюдают за ними. В случае необходимости — они добавят некромантии, чтобы органы Рюрика оставались условно живыми.

Я вгляделся в прозрачные окошки ящиков и заметил, что сердца Рюрика вроде и правда колотятся, только очень слабо, а по мозгу Рюрика мечутся какие-то электрические разряды...

— А что такое «условно живые»? — уточнил я.

— Не жизнь, но и не смерть, — ответила раньше Полётова Мертвякова, вообще всегда плевавшая на любые нормы вежливости, — Состояние зомби. Нечто среднее между живым и мертвым. Это сердца, мозги и желудки Шрёдингера, понимаете? Они метафизически между миром живых и загробным миром. А физиологически они как петух, которому уже отрубили голову, но он все еще дергает лапками.

— Ясненько, — я указал на главный объект — черное яйцо, по которому метались сероватые вихри, — Из этого киндер-сюрприза вылупится зомби-клон Рюрика, я так понимаю? Вы высидели себе личного Рюрика в яйце, Полётов?

— Не угадали, Ваше Величество, — Полётов нервно мотнул головой, — Никаких зомби-Рюриков не будет. Рюрик будет настоящим, живым. Вот только не будет иметь ни тела, ни разума, ни души.