— Мой троюродный дед — министр здравоохранения, падаль, — прорычал Исцеляевский, ткнув в сторону Здравурова бутылкой самогона, — А моя кузина — личный врач Его Величества Императора. А вас, Здравуровых, Павел Павлович от государева двора отослал. Так что обтекай, усатый.

Здравуров хотел на это что-то ответить, но я поспешил прервать спор и отобрал у Исцелявского бутыль самогона:

— Меряться кланами будете потом, господа. Сейчас нужно спасти мою невесту. У неё некроз желудка. Спасите её, Исцеляевский, докажите вашему коллеге, что он сосет на деле, продемонстрируйте ему истинное врачебное мастерство! А герцог Подскоков-Кабаневич за это простит вам все ваши долги. Так ведь?

Герцог коротко кивнул, Исцелявский было потянулся к бутылке, но я уже поставил её на пол, подальше от целителя. Вообще, я сам пациентом такого врача бы стать не хотел, но тут просто не было выбора.

Исцеляеский все еще безуспешно пытался сфокусировать на Головиной взгляд, судя по всему, он с трудом отличал пациентку от кровати, на которой та лежала.

— Так, ладно. Может заменим его заграничным врачом? — предложил я, — Не только же в России есть кланы целителей! Вы бы могли сейчас телепортироваться, герцог…

— Не мог бы, — отрезал Кабаневич, — Сердце-Русь окружена Камнями Грозного. Это заглушки, блокирующие любую магию. Так что я телепортироваться ни за границу, ни даже в колонии не могу.

Исцелявский тем временем начал действовать, он положил руку Головиной на грудь и брезгливо помял её. В воздух взлетел вялый фонтанчик белоснежной магии.

Вот это уже интересно, белой ауры я тут ни у одного мага пока что не видел.

— Так желудок гниет… Ик… — сообщил Исцеляевский, — И эта хрень, как там она называется… Легкое, во! Легкое задето. Че я сделаю-то?

Исцеляевский растерянно осмотрелся, потом его взгляд остановился на бутылке самогона, после чего целитель завис.

Здравуров тем временем явно нервничал, он снова вспотел, достал свой платок и стал протирать лысину.

— Вы хотите что-то сказать? — осведомился я у Здравурова, — Так не сдерживайтесь. Сейчас самый момент.

— Ну… — нехотя ответил Здравуров, — Трансплантация. Я этого не умею, но Исцелявский теоретически мог бы. Если бы был трезв, я имею в виду.

— Трансплантация?

— Именно. Пересадить Головиной желудок другого магократа.

— Достать из трупа?

— Ни в коем случае! — возмутился Здравуров, — Нужно вырезать желудок у живого и здорового магократа. Это единственный способ спасти вашу подружку.

— Мда… — вздохнул я, — И где я вам найду кандидата, который согласится отдать свой желудок Головиной? Это же для донора окончится смертью, я так понимаю?