— Продолжайте, Ваше Величество, — потребовал герцог.

— Ну… В общем, Естотхосо Веенхван — существа несамостоятельные, они способны появляться, лишь когда рядом человек. Они что-то вроде паразитов. И ваш приход в эту лабораторию очень вряд ли мог породить такое существо. Тем более что никто из вас не владеет нормальной магией. В этом мире вообще все дилетанты, насколько я вижу.

— На что вы намекаете? — нахмурился герцог, — Что здесь есть еще какой-то неизвестный нам маг?

Герцог глянул на своего краснобородого сынка, но тот активно замотал головой:

— Нет, отец. Я же все обыскал! В каждую коробку заглянул. Нету тут никого. Только мы.

Я же подумал о лазах и тайных ходах, окружавших лабораторию. А вдруг кто-то прячется там? Мне стало не по себе. Вдруг некто наблюдает за нами прямо сейчас?

Герцог Кабаневич видимо подумал о том же самом и заозирался.

— Я никого не ощущаю, — осторожно произнес он, — Здесь только мы.

— Так и я никого не ощущаю, — признался Царь, — Так что не знаю, что и предположить. Но вот Естотхосо Веенхван сами и с ни хрена не возникают. Вот это я вам гарантирую.

— Ладно, — пожал плечами Кабаневич, — А как вы его изгнали, этого вашего Веенхва? Я слышал, что вы произнесли латинскую формулу. «Relinque», насколько я понял. Это же означает «изыди»? А еще я видел, что вы протянули руку и применили какую-то неизвестную магию. Нам хотелось бы знать, как бороться с такими тварями, на случай, если здесь вылезет еще одна подобная, например.

Царь от души расхохотался:

— Нет, герцог, думаю, тут они больше не вылезут. Хотя не знаю, не уверен. А по поводу «relinque» — вы это сейчас серьезно?

— Вообще да, — напрягся герцог, — А в чем дело? Я лично слышал, как вы произнесли именно это, своими собственными ушами слышал.

— Да это же ухряб, герцог! — еще больше развеселился Царь, у которого весь спектр эмоций, видимо, в принципе состоял или из лютого веселья или из бешеной ярости, — Ухряб! Неужели не понимаете?

Кабаневич нахмурился, все присутствующие переглянулись, но во взглядах было непонимание. Судя по всему, «ухряба» тут никто не знал, даже Головина.

— Я объясню, но мне нужны гарантии, — кивнул Царь, — Гарантии, что мой сосед не будет меня изгонять в посмертие, а сделает мне отдельное, личное тело…

— Ну, барон вам уже пообещал это, — напомнил герцог, — И я могу подтвердить это его обещание. Если, конечно, вас и правда можно переселить в отдельное тело…

— Можно, — подтвердил Царь, — Дай слово магократа, что мне сделают мое личное отдельное тело, герцог.

— Слово магократа, — нехотя выжал из себя Кабаневич.