— Барон! — возмутилась принцесса.
— Цыц, — осадил я Ладу, — И вообще…
В этот момент дверь комнаты распахнулась, и внутрь ввалился мужик, занявший собой сразу половину помещения. Я, конечно, видал на своём веку много мордоворотов, но таких классических — только в боях ММА по телику.
Громовищин больше всего напоминал Стаса Барецкого, только, в отличие от Стаса, был не квадратным, а прямоугольным. Ростом он был выше меня на целую голову, а Шаманова превосходил настолько, что даже два поставленных друг на друга Акалу были бы ниже его.
Могучие плечи Громовищина едва влезли в двери, телохранитель принцессы состоял большей частью из мышц, которые дополняло немного жирка, а еще крупная бритая голова. Взгляд синих глаз головы был на удивление умным и как-то совсем не вязался с остальным обликом Громовищина.
На бодигарде был безупречный черный костюм с небольшим значком в форме розы ветров — герба дю Нор, на лацкане пиджака.
Громовищин оглядел помещение, явно в поисках того, кому нужно дать в морду. К счастью, таких здесь не обнаружилось.
— Это Марк, мой телохранитель, — торопливо представила Громовищина принцесса.
Имя, судя по всему, было вымышленным и французским. Громовищин изображал француза, как и его госпожа.
И я вынужден был признать, что у него это получалось. Громовищин выглядел настолько стрёмно и отмороженно, что ассоциировать его с какой-то конкретной нацией было в принципе затруднительно.
А если бы кто-то и захотел усомниться во французском происхождении Марка, то хорошенько подумал бы, перед тем как открывать рот. Ибо если сомнения придутся Марку не по вкусу — то рот высказавшего их вполне мог остаться без зубов.
— Relaxer. Ils sont tous amis, — успокоила бодигарда принцесса.
— Comme tu dis, — прорычал в ответ Громовищин на чистейшем французском.
Я тут же протянул этой горе чистой мощи руку:
— Барон Нагибин, Александр Петрович.
— Марк Шабо, — представился Громовищин, пожимая мне руку.
Рукопожатие у него оказалось на удивление мягким.
Судя по всему, Громовщин был из тех верных бойцов, кто всегда слепо следует воле хозяина или в данном случае хозяйки. Принцесса сказала ему, что мы друзья, и Громовищин сразу вырубил боевой режим. Оно и к лучшему.
— Это мой кореш Акалу Шаманов, — представил я Громовищину-Шабо эскимоса, — А вот этот мудак в криво застёгнутом мундире — мой некореш по фамилии Кореш-Зрищин… кхм… то есть, Корень-Зрищин, прошу прощения. И мы сейчас будем выяснять, какого хрена он сюда приперся. А вы нас подстрахуете, на случай, если Корень-Зрищин задумал сделать какую-нибудь глупость. Я прав, графиня?