— Хм, как предпочитаете умереть? — поинтересовался Глубина, — Могу сломать шею, могу пробить голову, чтобы мозг вытек. Ну и по классике — могу вырвать сердце или желудок. Вы, помнится, именно так расправились с несчастным Громовищиным…

Но к нам уже бежали мои друзья — впереди мчались Таня и Шаманов, оба объятые аурами.

С вершины Парнаса тем временем спрыгнул на собственной ауре Старший Головин и заорал:

— Стойте! Нет! В дуэль нельзя вмешиваться! Магия нас всех убьет!

— Да срал я на магию! — проорал Шаманов, — Я не буду стоять и смотреть, как убивают барона…

— Акалу, стой, — прохрипел я, — Головин прав. Не вмешивайся…

— Ох, как благородно, — цокнул языком Глубина, — Пожалуй, после такого я вам просто оторву голову, Нагибин. Как её оторвала Екатерина Вторая Петру Третьему. Благородному аристо — благородная смерть. Согласны?

Я, все еще валяясь на земле, кое-как кастанул на сапог Глубины свое последнее заклинание — чтение мыслей, впитанное от Головиной. Я ни на что особо не надеялся, просто хотел помереть с пустыми слотами заклятий, чтобы спокойно отправиться на тот свет, зная, что я исчерпал все возможности спастись.

В воздухе метнулась синяя вспышка, на мгновение время вдруг как будто остановилось… Очень небольшая часть мыслей Глубины действительно перетекла в мою голову. Я ожидаемо осознал, что думает Глубина сейчас совсем не о том, как именно меня убить, собственно, на это ему было плевать. Нет, Глубина не думал о моем убийстве, он просто уже считал меня мертвым. А думал он об ужине, о завтрашнем занятии по Пересвету, который он ведет в Лицее, а еще…

Я вдруг понял, что Глубина краешком своего сознания поддерживает постоянную концентрацию на своей собственной тушке. Только не на чакре или органе, а на области между сердцем и древостоком. Там у князя что-то есть, что-то важное… Что-то чужое, не его, нечто, на чем нужно концентрироваться, чтобы оно работало.

Князь думал не о самом древостоке, запретной чакре, а о чем-то расположенном чуть выше него…

— Князь, вы сражались бесчестно! — неожиданно прокричала моя жена, тоже слетевшая с вершины горы на своей золотой ауре, — У вас ранг ниже Громовищина, а двигаетесь вы быстрее него раз в десять! Это невозможно!

— Я просто знаю, как обращаться с магией, Ваше Высочество, — Глубина отвесил принцессе поклон, а потом обратился к Старшему Головину, — Вы зафиксировали нарушения, Аксентий Венедиктович? Может вы видели, как я кидал порошки?

— Нет, никаких порошков, — обреченно признал Головин.

Прямо надо мной тем временем в воздухе разверзлось темное облако магии, напоминавшее черное дыру и блиставшее красными прожилками.