— Отставить! — неожиданно прозвучал рядом голос Соколова, — Отпустите принцессу!

— Что? — Картечкин уставился на Шефа.

Тюремщики тоже застыли в недоумении.

Вокруг эшафота кипел жаркий бой, но сюда ни одна пуля не долетала. Потому что прибывшие стражницы Лейб-Гвардии встали вокруг эшафота и активировали свои ауры. Все пространство вокруг теперь было залито волшебным светом этих аур, а сами ауры стражниц жадно пожирали и плавили прямо в воздухе все пули.

Стражниц было человек тридцать, их защита надежно прикрывала и Соколова, и тюремщиков, и приговоренных к смерти на эшафоте.

Соколов быстро прошёл к Ладе, протянул ей руку и помог встать.

— Бегите, Ваше Высочество, — быстро проговорил Соколов, — Я не могу вешать принцессу, леший меня забери! Бегите! И помните, кто вас спас…

Лада всмотрелась в глаза Соколова, но увидела там только страх и растерянность. В глазах у жирной чайки, сидевшей на плече Шефа Охранки, выражение было как будто таким же, как у хозяина.

Соколов просто испугался? Или хочет, спасая Ладу, подстелить себе соломки на будущее — на случай, если Охранка и силы самозванца сейчас проиграют? Или он правда помогает ей из уважения к принцессе и её царской крови…

— Это же измена, — выдохнул Картечкин.

— Заткнись, полковник, — прошипел в ответ Соколов, — Отпустить принцессу!

Лада бросила взгляд на эшафот.

Там все еще стояли с петлями на шеях её соратники по несчастью — один безумец в рванине, который ничего не понимал, блевавшие кровью из изрезанных ртов Корень-Зрищины, благородного вида седой старик — единственный Корень-Зрищин, которому в суматохе язык так и не отрезали. Китайца держали двое тюремщиков — этот был без сознания…

— А они? — принцесса указала в сторону эшафота, — Эти люди столь же невинны, как и я! Отпустите их, Соколов. Я… Я вам приказываю!

Соколов на это вяло усмехнулся:

— Простите, Ваше Высочество. Эти люди преступники. Вы здесь по ошибке, а они нет. И жалеть их нечего. Китаец — убийца, разбиравший детей на органы. Корень-Зрищины — сектанты, почитатели демонов. Вам не место рядом с ними. А они будут повешены. Уходите, пока я не передумал!

Но принцесса не ушла. Если бы она ушла — она бы спаслась, но погубила бы свою честь. А это хуже смерти. Кто она такая, Лада Багатур-Буланова? Холопка, купчиха или принцесса? Нет, лучше уж смерть, чем позор. Честь — вот на этом столпе стоит магократия и весь мир!

— Я не уйду без своих друзей! — закричала принцесса, активируя ауру.

Но рядом уже оказались две стражницы из Лейб-Гвардии, обе красивые высокие девушки в кожаных облегающих одеяниях. Одна вроде была буряткой, вторая — платиновой синеглазой блондинкой.