— Ну хорошо, Алёна. Мой дядя предположительно скрывается где-то в метро под Питером, на заброшенных ветках. Я послал искать его отряд профессионалов. Они его выковыряют из норки.

— Надеюсь, что твои люди доберутся до твоего же дядюшки раньше, чем Павел Стальной, — пробухтела Алёнка, — Иначе быть беде, Нагибин. Просто помни, что ты в предельно сложном положении. Моё терпение давно уже на исходе.

— А зачем тебе вообще мой дядюшка, Алён? И зачем он Павлу Стальному? Такое ощущение, что на нём помешался весь мир, что мой дядя — самый важный человек во Вселенной.

— Так и есть, Нагибин, — отрезала Алёнка, — Ты просто не понимаешь. Но тем лучше. И не забывай еще, пожалуйста, что ты обещал мне аудиенцию с Павлом Стальным.

Я глянул на Полётова, тот кивнул, снова требуя, чтобы я отвечал правду. Впрочем, в этом случае сказать правду было легко.

— Алён, Павел Стальной заперся у тебя во дворце и никого не принимает. И тебе, как Шефу Охранного Отделения, это отлично известно. Что я могу тут сделать?

— Мне плевать, что ты можешь сделать, Нагибин. Ты обязан предоставить мне результат!

— Ага, — хмыкнул я, — Только вот Павел Стальной мне не подчиняется. И боится даже собственной тени. Сама как думаешь, готов он встретится с опаснейшей девкой вроде тебя или нет? Нет, этот вопрос, боюсь, я решить для тебя не смогу. Так что можешь орать и угрожать, сколько влезет. Павел Стальной из своего дворца не выползет, а взять штурмом Павловск я не в силах, уж прости…

— В таком случае ты умрёшь, — прошипела Алёнка, — И очень скоро. Кстати, передай своему дружку Полётову, что с ним произойдет тоже самое.

Алёнка бросила трубку.

Герцог Кабаневич тяжко обмяк на своем стуле, потом промокнул платком взмокшую и блестевшую от пота лысину.

Полётов сухо усмехнулся:

— Что думаете, герцог?

— Она совершенно безумна, — мрачно констатировал Кабаневич, — И опасна. МОЩЬ поглотила её. Боюсь, что та, с кем мы сейчас говорили — больше не Алёна Оборотнич.

— Склонен с вами согласиться, — произнёс Полётов, а потом погрузился в тяжкие раздумья.

— И что же будет восьмого сентября? — поинтересовался я, — Как мы подпишем договор по амазонским концессиям с консерваторами, если Алёнка собралась нас всех перебить?

— А? Что? — Полётов уставился на меня, как будто видел меня впервые, — Это меня сейчас волнует меньше всего, князь. Стянем на эти переговоры все ЧВК либералов и бронетехнику. Алёнка сильна, но против целой армии не устоит. И на переговоры она лично не сунется, я в этом уверен. Консерваторы её ненавидят, они служат ей только из страха. Так что постараемся убедить их поднять бунт против Алёны. И если дело выгорит — вопрос с концессиями будет решён. А Алёну просто прокатим мимо денег.