Ирриан развернулся и направился вслед спешащему потоку троллей. Я на мгновение засомневалась, стоит ли мне идти за ним? Может, это прекрасная возможность сбежать? И словно прочитав мои мысли, похититель обернулся:

— Побег не имеет смысла. Это остров, ты просто так никуда не уплывёшь. Надеешься сбежать за купол, где тебя почувствует твой истинный? Тебя поймают раньше.

— Но попытаться стоит, — отозвалась я и сорвалась назад, но не успела сделать и пары шагов, как мои ноги связало словно верёвкой, а я со всего маху упала на землю и застонала от боли.

Хорошо, что тут ещё были протоптанные дорожки, без камней. Зло посмотрела на подходящего ко мне Ирриана.

— Я же говорил — не надо. Тем более, ты ещё хочешь бежать после того, как узнала, что грозит твоим родным? — Я поджала губы. Отец учил не сдаваться. Вот и сейчас — я не хотела признавать поражение так скоро. — Я не злодей, Кира.

— Настоящие злодеи так и говорят, — передразнила его я.

— Кхарт-драг, — услышала я зычный голос рядом и вздрогнула, подняв взгляд на ещё одного тролля. У него на груди был медальон со знакомой символикой — где-то я уже такую видела, но не могла вспомнить — где. — Ты прибыл, да не один… твой план идёт как задумано?

— С небольшими коррективами, Тавыр, — спокойно пожал плечами он. А я вспомнила, что уже слышала это имя… друг Кбыра! — Есть проблема?

— Небольшая, — кивнул Тавыр и наклонился к кхарт-драгу, что-то ему прошептав. Тот кивнул. — Делай, как должно.

— Планы меняются, Кира, — обратился он ко мне, — обедать будем в палатке. Заодно и поговорим. Идём.

Ирриан схватил меня за плечо и потащил теперь вправо. Вскоре мы оказались перед большим шатром. Мне даже наклоняться не пришлось, чтобы войти — вход явно был рассчитан на рост троллей. Я прошлась голыми ступнями по накиданным на пол шкурам и уселась прямо в их центре, посмотрев на свои ноги. Жалкое зрелище — грязные и, кажется, местами поранила. Ирриан заметил это и вышел. Вскоре зашла миловидная молоденькая троллиха с копной тёмно-каштановых волос с рыжим отливом, с серёжкой в ухе. В шкуре, перекинутой через правое плечо и подпоясанной на талии, выглядела она одновременно воинственно и нежно. Не знаю, как им удаётся сочетать, казалось бы, несочетаемое. Над нижней губой у неё торчали два маленьких клыка, она даже попробовала мне улыбнуться.

— Тебя зовут Кыра, да? Я дочь Тавыра, моё имя Ладыг, оно означает «песнь» на нашем, — представилась она. — Я сейчас принесу воды, мы обработаем ноги, а после я сделаю тебе лапти, как у нас, — и она с удовольствием показала шкуры, обмотанные верёвками. — Детский размер тебе как раз подойдёт.