— Я… сейчас.

— Романовы вновь иск накатали на Фёдоровых, всё никак не могут разобраться с тем прошлогодним градом. Ну, ты помнишь, когда у них всю оранжерею разбило. Ведь сама знаешь, что Пётр Фёдоров хочет лишь тебя… И уже раз двадцать звонил. А я устала придумывать отговорки!

— Сейчас буду. Не зуди. Назначай встречу с ним на час.

— А успеешь? — с сомнением спросила ведьма.

Теперь, когда она смогла выговориться, вернулось обычное благодушное настроение.

— Да, — ответила Белль и отключилась.

Некоторое время кусала губы, взвешивая все за и против, а потом полезла в журнал пропущенных звонков. Девять от Самохиной, три с рабочего, шесть от Дениса и… ни одного от Туманова.

«А что ты хотела? Всего лишь одна ночь… и ты сама согласилась на такие условия», — ехидно подсказала сущность.

— Согласилась, — прошептала Изабелл, сжала телефон и решительно встала.

Ничего. На Туманове свет клином не сошёлся. И ничего так не отвлекает от сердечных мук, как работа. Много-много работы.

Быстрый бодрящий душ, чтобы смыть с себя навязчивый запах мужчины, который будто въелся в кожу, ежесекундно напоминая о прошлой ночи. Затем быстро оделась, схватила документы и телефон, и, быстро закрыв дверь на замок, спустилась в подземный гараж.

Дорога, пробки, водители, у которых был кисель вместо мозгов, и ненормальные пешеходы, норовившие выскочить прямо под колёса автомобиля, помогли ей немного спустить пар и настроиться на боевой лад. А еще ей страшно захотелось кофе. Почти так же сильно, как и курить.

Если со вторым она благополучно справилась, успев по дороге выкурить целых две сигареты, при этом дав себе обещание, что в ближайшие дни обязательно бросит это вредное занятие, то утоления ломки по кофеину пришлось ждать до приезда в офис.

— Белль! — из-за угла выскочила Самохина и гневно на неё уставилась, уперев руки в бока. — Шеф рвёт и мечет!

— Переживёт, — совершенно невозмутимо откликнулась та, продолжая заваривать себе кофе.

Ароматный горький запах наполнил уютную комнатку, служившую для них одновременно кухней, столовой, курилкой и местом для сплетен.

Добавить бы в чашку щепотку корицы, две гвоздики и ложку абсента, после чего поджечь. Она даже глаза закрыла от предвкушения. Было бы нереально вкусно. Вот вернётся поздно вечером домой и обязательно себе такое сделает, а пока будет довольствоваться тем, что есть.

Совсем как в жизни.

— Ты смотри, чтобы он этого не услышал, — продолжила Вика, так и оставшись стоять в дверном проёме.

— Смотрю, — ответила Белль, сделала первый глоток и блаженно закрыла глаза. — Кайф.