Если бы всё было так просто. Свой шанс Белль упустила несколько лет назад, и этого не исправишь.

— Уже разговаривали, — ответила ведьма, прежде чем скрыться за поворотом.

Убежать. Ей сейчас больше всего хотелось убежать от проблем и самой себя. И она знала, где можно это сделать.

Сев в машину, Изабелл погнала в сторону специализированного питомника, который располагался в получасе езды от дома Соколовых. Хорошо хоть, в Москве и области они работают круглосуточно.

Заплатив положенную сумму, девушка поспешила в отдельную кабинку, разделась догола, вздрагивая от напряжения и ожидания, и тут же перекинулась.

В облике тигрицы Белль в течение нескольких часов носилась по закрытой территории, соревнуясь с ветром в скорости, от бессилия царапала когтями землю, выла и рычала на всю округу, ни от кого не таясь. Всё равно специальные заглушки, закрывающие территорию со всех сторон, не пропустят и звука. Но боль не уходила, клещами вцепившись в сердце.

«Я смогу. Я справлюсь».

Из заповедника Изабелл вышла относительно спокойной, сосредоточенной и уверенной. Девушка знала, что сейчас нужно для закрепления результата. Мужчина.

Достав телефон, она быстро пролистала список из сотни фамилий, ни на ком конкретно не останавливаясь. Пока взгляд не зацепился за имя.

Белль некоторое время изучала имя и номер телефона, ненавидя и проклиная себя за слабость, после чего нажала кнопку вызова. Сейчас она не знала, чего хочет больше, чтобы он ответил или нет.

— Туманов слушает, — глухо произнёс мужской голос.

Судорожный вздох, привычная боль и вопрос, который не давал ей покоя весь вечер:

— Она лучше меня?

Спросила и застыла в ожидании ответа, который сейчас мог решить всё.

Тишина. Одна на двоих.

Изабелл закрыла глаза, вслушиваясь в его дыхание.

Отключилась она первая, так и не получив от него ответа на свой вопрос. Может, потому что оба его знали.

Игорь

Мужчина еще некоторое время стискивал в руке телефон, прижимая его к уху после того, как Белль отключилась. Затем медленно, очень медленно, потому что любое резкое движение могло послужить спусковым сигналом, положил его на журнальный столик и закрыл глаза.

Ведьма.

Яркая, терпкая, как крепкий алкоголь, который сводил с ума, лишал рассудка и не давал трезво мыслить. Его личный яд, разъедающий сердце и пробуждающий инстинкты, которые он давно похоронил и к которым не хотел возвращаться. Проклятье, которое было мучительнее всего на свете.

Говорят, любовь пробуждает всё самое лучшее в человеке. Но почему у него всё было наоборот? Чувства к Изабелл делали его только хуже — взрывным, опасным, несдержанным, резким и каким-то безумным. Всё хвалёное равнодушие и спокойствие Стражей летело в бездну, когда на горизонте появлялась эта шикарная итальянка.