— Реванш! — я поднялся на ноги, под удивлённый взор Владимира.

— Ха, как пожелаешь, — усмехнулся наставник.

Второй бой закончился ещё быстрее. Я вложил все силы в ментальную атаку, как это делал с Гинденбургом, однако мой штопор просто натыкался на непреодолимую преграду. Был ли это барьер?

В каком-то смысле да, ведь он не давал моему заклинанию пройти к разуму. Однако это был барьер, которого раньше я никогда не видел. Если барьеры одарённых обычно напоминали стену, то здесь… просто магический вакуум. И из-за отсутствия энергии заклинание уже не могло пройти дальше.

— Как ты это делаешь? — уже снова вправив колени, я вернулся к арене.

— Не знаю. С рождения умею это делать, дальше совершенствую, — пожал плечами Владимир. — А ты вроде тоже солдат? Я кое-что о тебе слышал.

— Надеюсь только хорошее.

На это ветеран ничего не ответил и посмотрел на наставника, который кивнул. Затем Владимир поклонился и отправился на выход.

— Что же, Лебедев. Меня зовут Пётр Алексеевич. Обращаешься ко мне на вы до тех пор, пока не одолеешь меня в спарринге. Я буду твоим наставником на протяжении всего обучения. Обучать тебя буду фехтованию и боевой магии.

— Вы тоже тёмный маг?

— Нет.

— И к какой стихии у вас предрасположенность?

— А это уже ваша курсовая работа.

— Всего-то? — признаться я не сдержал усмешки, а два поражения в дуэли с Владимиром быстро забылись. — Делов-то… Давайте, Пётр Алексеевич, сразимся.

И сразу же я применил ментальную технику, надеясь застать врага врасплох, как это было уже с Гинденбургом, однако быстро и болезненно обломался. В то же мгновение связь была жестока оборвана, так ещё и мне был послан встречный импульс, от которого у меня чуть крыша не поехала, а эмоции сошли с ума.

— Александр Лебедев, солдат из богом забытой деревушки под Москвой. Убил в первом бою больше сотни, во втором ещё с пять дюжин солдат. Умеешь копировать чужое сознание, что эффективно использовал в диверсиях в прусско-восточной операции. Также создаёшь удивительно прочные барьеры, затрачивая на это минимум энергии. В принципе твоя экономия энергии поражает, будто бы ты жил в другом мире, где за каждую каплю приходилось рвать задницу. Предрасположенность к стихии тьмы, что также демонстрировалось сейчас и в принципе в твоих ночных диверсиях. Ты буквально можешь становиться невидимым для большинства врагов.

— Да-да, я прекрасно знаю, что за каждым моим шагом следили.

— Твои ментальные атаки выглядят интересно, но они дерьмо.

— Дерьмо? Я ей самого Гинденбурга напряг и почти убил.

— Только потому, что на всю Российскую Империю два-три менталиста. Один из которых ты, а второй уже давно отошёл от дел, третий же так и не смог обуздать свой талант. Немногим лучшим ситуация и в других странах.