— Ещё нет никакой организации, как и списков. Просто…
— Нет-нет, не нужно мне по ушам ездить. Говори прямо. И не ври, ложь я чувствую за версту.
— Это не организация, и я не вру, — уверенно заявил я и соединил ладони, поднеся их к подбородку, а затем уставился прямо на Екатерину, которая решила поиграть со мной в гляделки. — Чего хочет глава рода?
— Он пока что наблюдает. Ему интересно как будут развиваться дальнейшие события.
— Если хотите, то можете вступить…
— Ха-ха-ха, да, лазутчики не соврали. С чувством юмора у тебя всё хорошо.
— Я не дам себя поглотить.
— Знаешь, моя семья бывает очень убедительной.
— А я бываю очень упёртым и принципиальным.
— Ты действительно думаешь отказать Соколовым?
— Вы ещё ничего не предложили.
— В перспективе.
— Нужна конкретика.
Пауза, молчание. Екатерина сверлит меня взглядом, я сверлю её. Пришла тут права качать, в прошлом мире меня смогла убить только ядерная ракета. Ага, испугался Соколовых, проверяй.
— Как ты только столько прожил с таким характером? — усмехнулась Екатерина и поднялась на ноги, после чего достала из сумки пачку купюр. — Благодарность на пять тысяч шашек, на имя Соколовых.
— Пять тысяч? — у меня от такой цифры сердце удар пропустило.
— Да, а что, производственных мощностей не хватит?
— Кхм, хватит. Не переживайте.
— Отлично.
И Екатерина улыбнулась мне в последний раз, после чего ушла. Я же остался смотреть на здоровенную пачку купюр по пятьдесят рублей каждая. Кредитный билет, государственный, двуглавый орёл справа, портер Николая Второго слева. И подпись управляющего. Номер, разумеется, тоже есть.
Да уж, денег у Соколовых очень много, влияние их сильно, да и в самом роде потомственные одарённые. Фактически род Соколовых является армией, да, настоящей армией. Каждый член их рода, ходит с гвардией, многие сражаются на фронте. Сам глава рода, наверное, тоже очень силён в магическом плане.
И они явно положили на меня глаз. Только вот… в мои планы не входит подчинение кому-то. И становится Соколовым-Лебедевым я не планирую. А значит быть конфликту.
Глава 20
— Хорошо выглядишь, Бородач, — произнёс я, глядя уже не на мужика, а на мужчину, а ведь ещё недавно он был просто бомжом с нулевыми перспективами. — Вот деньги, раздай парням. Так же потом бери самых красноречивых и начинай торговать на улицах. Лучшие точки я пометил. Пробуйте, экспериментируйте, впаривайте, но никому и никогда не врите. Засрёте моё имя и вылетите отсюда быстрее пули.
— Будет сделано, — довольно произнёс Бородач, зарплата которого росла не по дням, а по часам, но всё же не так быстро, как амбиции.