Ну ладно, офицер и офицер, что тут такого? Вон, сколько поручиков в армии, а как на них не взглянешь, так быдло похлеще Ржевского. Так что один скепсис сменился другим, ведь многим безродным недавно выдали дворянские титулы, но дворянами они же от этого не стали.

Но и тут я начал рассказывать про свой бизнес, про то что мне выдал кредит, так ещё и мне выделили аж французского консультанта. И вон какие подарки дарю, значит деньги действительно есть. Так что как ни крути, но ко мне подкопаться было очень сложно.

Хотя Сашенька Оржевская пыталась, что не слово, то попытка меня уколоть, как-то задеть, медалей мало, руны сам накладываю, руками работаю словно мужик какой-то и всякое такое. Но взять она меня не смогла, как и вывести на эмоции.

В какой-то момент Оржевская даже начала использовать свои козыри. Тактильные контакты, смотрит прямо в глаза, приближается, грудь выпячивает. Да, грудь у неё что надо, это факт, а с учётом выреза и такого откровенного поведения… В сети попасть легко, однако на меня такие трюки не сработали. Я смотрел только в глаза своим собеседницам.

А вот Соколова же говорила меньше всех, предпочитая наблюдать и делать выводы. Подружки всегда выводили потенциальных кавалеров на чистую воду вместо неё. Этакий стресс тест, если сломается под напором Оржевской — значит кавалеру лучше планку понизить и не лезть к наследнице Соколовых. Если не смог вызвать эмоции у Софьи Морозовой, то с таким тоже лучше не связываться, а то брак будет чёрствый и холодный.

Но в какой-то момент барьер был пробит и диалог превратился из проверки в просто приятную и ненапряженную светскую беседу. Люди тем временем приходили, гостей становилось всё больше, совсем скоро начнётся бал, но как только явится Ольга Николаевна, которая задаст тон сегодняшнему празднованию и произнесёт какую-нибудь патриотичную речь.

— И значит говорю я ему, что Гинденбург меня направил сюда лично. И сразу же они там все поникли. Правда потом поник уже я, когда зашёл в офицерский блиндаж. Немцы, такое ощущение, отдыхать на войну приехали, а не воевать. Бисквиты, вино, колбаски, кофе, шоколад и конечно же эль.

— А вы французского случаем не знаете? — поинтересовалась Екатерина Соколова.

— Только собираюсь учить. Как время выделю сразу же начну, прекрасный язык, очень романтичный и нежный.

— О, я могу посоветовать вам превосходного учителя. А ещё у нас в академии есть групповые занятия…

— А вы на них ходите?

— Конечно.

— Тогда я просто обязан записаться, — тут же заявил я, после чего снова посмотрел прямо в глаза Екатерины.