— А сейчас я вам предлагаю расслабиться, — теперь Альба уже чуть сильнее вкладывала магию в слова, — сесть как можно удобнее. Расслабить тело, прислушаться к дыханию, сосредоточиться на внутреннем, а не на внешнем. Расслабиться — и посмотреть на огонь. На то, как пляшут его языки, на то, как ровно горит дерево. Посмотрите на огонь и представьте, как все ненужное, неважное и вредное сгорает в нем. Сгорает, распадается и исчезает, оставляя лишь тепло и энергию. Все, что вам действительно не нужно, исчезает в его языках, прогорает без остатка, горит…
Вести «очищение», как называла сама Альба эту технику, попытку адаптировать знания своего мира и работу с ментальным полем для тех, кто сам не был менталистом, оказалось неожиданно трудно. До этого Пришедшая проворачивала такой трюк с первокурсниками, и проблем не было, но сейчас, видимо из-за разности участников группы, сил потребовалось прилично. Можно было бы, конечно, вообще не вкладывать магию, не следить, не направлять… Вон, на ее родине и без этого справлялись же, и ничего… Но Альба все-таки считала, что надо доводить задумку до конца, и то подталкивала кого-то из сидящих без страха «опускать» ментальный мусор в огонь, то поддерживала «огонь» для тех, кому хотелось отдать все и сразу…
Пламя реального костра трепыхалось от напряжения магии, но не угасало, хотя к тому времени, как Альба начала проговаривать трек возврата, переключая внимания собравшихся обратно на реальный мир, дрова уже почти прогорели.
— Можете подвигаться, если захотите, — Альба сама поднялась на ноги и с наслаждением потянулась, — перед сном осталась еще одна песня. Я, увы, плохой певец. Но не самый плохой маг, так что…
Она прикрыла глаза — и парой отточенных плетений воспроизвела звуковую иллюзию.
Альба не была уверена, получится как надо или нет, но она все же не могла не попытаться, особенно когда выяснила, что Амири неплохо поет. Слова-то сама Пришедшая помнила, слова той песни, которая, в бытность работы ее вожатой, всегда завершала день в лагере. Помнила — но пела отвратно, в отличие от подруги. Воспроизвести, в буквальном смысле, по памяти звуковую иллюзию оказалось невероятно сложно. Повторить нужное у Альбы никак не выходило, и в итоге она, по совету Теора, совместила динамическое иллюзорное плетение с внушением, воспроизводя в памяти момент, когда Ами пела, и тут же проецируя свои воспоминания вовне.
Поддерживать два не слишком привычных плетения разом, еще и следить, чтобы ничего не исказилось, было сложно. Но расширенные в изумлении глаза подростков того стоили. Еще бы — Альба никогда не слышала, чтобы хоть кто-то пробовал таким образом проецировать мелодии. Зачем? Проще же найти того, кто споет, или использовать артефакт. Но нужный артефакт стоил дорого, да и записывать свой голос Амири отказалась наотрез…