— Очень на это надеюсь, — настроения боевички это явно не улучшило. — Итак?

— Мой коллега не причинит хлопот, — спокойно заметил Теор, — в свете того, что Куб сработал по назначению, видится важным внести все в протокол должным образом. Сейчас сюда подойдет алхимик…

— Еще и алхимик!

— Сейчас сюда подойдет алхимик, — как ни в чем не бывало продолжил менталист, — возьмет пробу вещества, пока мой коллега будет паковать улики, и после все лишнее будет уничтожено, а Куб — отключен. Ну а о возмещении держателя мы с вами договоримся.

Боевичка мрачно уставилась на Теора. Тот ее взгляд выдержал, и, как Альбе на мгновение показалось, что даже что-то передал… А может и нет. Отследить такие вещи в исполнении наставника ей редко когда удавалось. Но, так или иначе, лаборантка сдалась.

— Ладно. Но все это безобразие должно быть прибрано. И память Куба потрите.

— Непременно.

Боевичка вздохнула и вышла из лаборатории.

Теор встретился глазами с Моро — и этот контакт Альбе уже был заметен. Не со стороны наставника, а со стороны Хамелеона, который, хотя и умел им пользоваться, но передачу почему-то не закрывал.

«Не он не закрывает», — менталист вновь вышел на контакт, закончив общение с Хамелионом, — «а ты лучше чувствуешь применение магии разума вокруг себя. Ладно, нам тут больше делать нечего, пойдем».

Теор направился к выходу из лаборатории, а Моро подошел к Кубу, рассматривая его с чисто исследовательским интересом. Потом повернулся к Альбе:

— Спрошу сразу — ты, я так понимаю, вообще не в курсе, кто это мог прислать?

Пришедшая помотала головой.

— Ладно. Жаль, думал, может имя подозреваемого назовешь… Но нет так нет, придется работать.

Альба кивнула и, пытаясь сообразить, как Хамелеон вообще оказался в университете так быстро, направилась следом за менталистом, огибая лабораторные столы. Не то чтобы у нее было какие-то идеи о том, что делать, но точно хотелось оказаться подальше от облака, Куба и письма.

Главное чтобы никому эта гадость не навредила…

«Моро умеет работать с подобными вещами. И он с тех пор, как Генрих у нас, присутствует на территории университета», — отозвался Теор. — «Идем».

Альба кивнула и следом за менталистом вышла из лаборатории.

В голове было как-то пусто. Вокруг шла нормальная, привычная жизнь. Вагнер вон вместе с каким-то немолодым мужчиной как-то оказался на красном факультете… Хотя, как запоздало догадалась Альба — он, скорее всего, и был тем алхимиком, который должен работать с этим газом.

Что-то подобное она чувствовала тогда, когда вернулась в ГАРХ после неслучившегося полета в пропасть. Но тогда все-таки вокруг был чужой университет, чужая земля, чужие люди, и она и так настороженно ко всему относилась. Здесь и сейчас это было место, к которому она привыкла, которое считала безопасным…