— Значит, меняем тактику, — сказал я. — Во-первых, жесткая ротация. Полки с боевым опытом — 31-й, 24-й, те, кто воевал на Халхин-Голе и в Испании — берут на себя сложные, точечные удары по укрепрайонам. Их экипажи знают цену внезапности и маневра. Остальные, кто только освоил «СБ», — работают по тыловым объектам, железным дорогам, под прикрытием истребителей только до линии фронта. Пусть набираются опыта.

Я подошел к карте, утыканной флажками, обозначающими финские аэродромы.

— Во-вторых, никаких полетов без предварительной разведки ПВО цели. Ваши штурманы должны знать не только квадрат, но и где именно стоят зенитки. Бомбометание — не с пяти километров в облаках. Высота 1200–2500 метров, только при прямой видимости цели. Да, риск выше, но и точность — тоже. Слепые удары по площадям мы не можем себе позволить.

Командир 54-го СБП, сторонник высоковысотных налетов, попытался возразить:

— Товарищ комкор, но потери от зениток…

— Ваши потери от истребителей, которые сбивают отставших после безрезультатного захода, — еще выше, — оборвал я его. — Считайте не просто сбитые самолеты, а эффективность. 31-й полк, работая ниже, за три вылета разрушил два моста и склад. Ваш полк, работая с шести тысяч, — нанес минимальный ущерб. Вам дается неделя, чтобы перестроиться. Иначе буду вынужден поставить вопрос о вашей замене.

В комнате повисла тяжелая тишина.

— В-третьих, технические вопросы решаем на месте, — продолжил я. — Я знаю о проблемах с подвеской ФАБ-250 на старые машины. Создайте при каждом полку импровизированные КБ из лучших техников и инженеров. Пусть разрабатывают и внедряют полевые доработки. Все рацпредложения по улучшению обзора для стрелков, по перекомпоновке кабин — немедленно оформлять и направлять сюда, для обобщения и передачи на заводы, но не ждать ответа из Москвы. Делать сейчас.

Я обвел взглядом собравшихся.

— В-четвертых, «воздушные извозчики» из АГОН ГВФ и группа Мазурука — ваш резерв. Они не для линейных бомбардировок. Их задача — особые задания в сложнейших метеоусловиях, доставка грузов в окруженные гарнизоны, ночные полеты. Используйте их опыт полетов вслепую… Главное, что вы должны понять, — заключил я, — мы воюем не с отсталой армией. Мы воюем с умным, подготовленным и мотивированным противником на его территории. Каждый ваш вылет должен быть не просто исполнением приказа, а продуманной операцией. Цель — не отметка в журнале о вылете, а реальный ущерб врагу. И сохранение ваших экипажей. Донесите это до каждого летчика, штурмана и бортстрелка. Вопросы есть?