— Будет сделано, товарищ комкор, но для тягачей типа «Ворошиловец» нужны усиленные мосты через овраг у Разбегаево…

— Используйте саперный батальон. Усильте настилом. Все, что нужно, — предоставят. Я беру это на себя.

Пока начарт уточнял детали с командирами дивизионов по телефону, я вышел из блиндажа. Ночь была черной, беззвездной. Где-то в этой темноте уже ползли к новым позиции мои «тяжеловесы».

Каждый такой переход — это риск быть обнаруженными, это титанический труд красноармейцев и командиров, но без этого калибра проломить линию Маннергейма было бы невозможно.

Эти орудия должны были не просто стрелять, а методично, как кузнечные молоты, долбить по самым крепким узлам финской обороны, деморализуя гарнизоны и разрушая их веру в неприступность своих укреплений.

Вернувшись на КП, я застал Гореленко, изучающего донесение от наземной разведки.

— Что нового?

— Подтвердили расположение артпогреба в районе высоты 65.5, — он указал на карту. — Как раз на пути нашего предполагаемого прорыва.

— Хорошо, — сказал я и повернулся к начарту. — Внесите в план артподготовки. Вторая фаза — удар по тыловым объектам. Пусть ваши «чемоданы» поработают и там. Лишим их боеприпасов, пока они в укрытиях пережидают обстрел.

— Все цели распределены, товарищ комкор, — заговорил начальник артиллерии. — Дивизионы Б-4 и Бр-5 выходят на позиции. Вот только есть проблема — точность. Стрельба с закрытых позиций по точечным целям… даже для таких калибров — лотерея. Боеприпасы дорогие, а промахнуться — значит предупредить противника и не добиться результата.

— Значит, нужно менять тактику, — сказал я. — Отменяем классическую пристрелку по целям. Вместо нее вводим «пристрелочные пары». Для каждой важной цели — ДОТа или артпогреба — назначается два орудия. Одно, ведущее, ведет пристрелку одним-двумя снарядами. Второе, основное, ведет огонь на поражение по готовым установкам, которые расчеты подготовят на основе данных пристрелки. Сократим время на поражение цели втрое и сбережем снаряды.

Полковник задумался, мысленно примеряя новшество.

— Рискованно… Если ведущее орудие собьют, второе будет бесполезно.

— Значит, маскируем их лучше. И меняем пары от цели к цели. Главное — скорость и эффективность. Разработайте схему к утру.

Пока начарт с другими командирами набрасывал первые варианты распределения орудийных пар, я продумывал детали. Это была тактика снайперов, перенесенная на уровень артиллерийских систем. Она требовала высочайшей слаженности расчетов и связистов, но давала неоспоримое преимущество — первый же залп по цели мог стать убийственным.