— Снаряжение будет, — пообещал я. — Вы даете список, я обеспечиваю. Первое — это подрывные заряды. Тротил, аммонал в брикетах. Не менее пятнадцати килограммов на группу. Готовьте шнуры и капсюли-детонаторы заранее. Второе, — продолжал я, глядя в глаза собравшимся командирам. — Миноискатели и щупы. Каждой группе — не менее двух миноискателей и комплект щупов. Отработайте до автоматизма технику проверки грунта. Ваша ошибка — это смерть десятков бойцов. Третье. Штурмовые лестницы и разборные мостики для преодоления рвов и траншей. Конструкции должны быть легкими, но прочными. Изготовьте и испытайте в условиях максимально приближенных к боевым!

Начальник инженерной службы корпуса что-то быстро записывал в блокнот, его лицо было серьезным.

— Будет выполнено, товарищ комкор, но с миноискателями напряженка по всему фронту…

— Берем из резервов армии, — парировал я. — Я решу этот вопрос. Ваша задача — к вечеру предоставить мне списки сформированных групп и их командиров.

Покинув землянку, я направился на танковый полигон, где шла отработка взаимодействия. От увиденного кулаки мои поневоле сжались. Да что же это такое! Учишь их учишь. А танки все равно двигается рывками, пехота отстает, а саперы и вовсе бултыхаются где-то сзади.

— Отставить! — скомандовал я, подходя к группе командиров. — Кто старший?

— Я, товарищ комкор! — отозвался майор, командир танкового батальона.

— Объясните, что происходит.

— Отрабатываем прорыв, товарищ комкор…

— Какой прорыв? — удивился я. — Я вижу танки без пехотного прикрытия, пехоту без поддержки танков и саперов, которые не знают, куда им бежать. Сейчас же перестроиться!

После нескольких неудачных попыток начала вырисовываться более отрадная картина. Танки прикрывали саперов огнем, те под их прикрытием проделывали проходы, а пехота шла за ними, занимая траншеи. Это было далеко от идеала, но уже напоминало единый организм.

— Так и работайте, — сказал я, обращаясь к командирам. — Завтра эти группы станут острием нашего удара. От их слаженности зависит успех прорыва. Продолжайте занятия.

Я поднялся на крышу штабного блиндажа, где была оборудована основная радиостанция. Начальник связи корпуса, майор доложил о развертывании резервных сетей.

— Товарищ комкор, основные частоты забиты помехами. Финны активно глушат.

— Вводите дублирующие каналы на запасных частотах, — приказал я. — Меняйте их каждые два часа по заранее утвержденному графику. Каждая штурмовая группа, каждый артдивизион должны иметь две работающие радиостанции.

Майор кивнул, но в его взгляде читалась неуверенность.