Я повернул голову и обомлел.
Ещё одна красавица шествовала в центр арены. Холодная, грациозная и почему-то без пиджака. Но белоснежная блузка прекрасно подчёркивала достойные формы Юлии Ромодановской.
Подойдя ко мне и Арефьеву, она властно проговорила:
— Никита Сергеевич, будьте добры микрофон.
Наш классрук не нашёл в себе сил ей отказать.
— Дамы и Господа, — холодно обратилась к зрителям девушка. — Позвольте представиться, великая княжна Казанская Юлия Евгеньевна Ромодановская. Как и вы, я наблюдала недавний поединок. Как и вы, стала свидетельницей вопиющей несправедливости. Такую несправедливость в моём присутствии иначе как личное оскорбление я воспринимать не могу. Великий княжич Святослав Сергеевич Оболенский, — устремила она свой леденящий душу взор на зеркальное стекло, — пользуясь «Уложением о равных спорщиках» и своим статусом, не уступающим вашему, я официально высказываю несогласие с вашим судейским решением. И требую его немедленного пересмотра компетентной комиссией.
Замолчав, Юлия с вызовом оглядела трибуны. Зрители, ненадолго притихнув, вновь разразились овациями.
Сарнитские дебри, аристократы, пришедшие посмотреть на мордобой школьников, получили в итоге куда более зрелищное представление.
Я бросил косой взгляд на Митта, тот злобно скалился, пока врачи осматривали его сломанную руку.
— Приветствую, Юлия Евгеньевна, — прозвучал из колонок голос Оболенского. — Не очень удобно разговаривать через стекло, сейчас я к вам выйду.
Трибуны вновь зашептались. Ну а я уже успел порядком расслабиться. Я поступил в одну из лучших старших школ в первую очередь ради полезных знакомств с аристократией? Что ж, я явно их получил.
— Уведите Валентина Игнатовича, пожалуйста, в медпункт, — вежливо обратилась к врачам Царица лицея.
— Я никуда не пойду! — возразил Митт.
— В медпункт, — с нажимом повторила Троекурова, и в её голосе отчётливо чувствоваласьсила . Хах, а ведь Юля тоже так умеет. Похоже, в этом мире существует некое слабое подобие моей родовой ауры, и возможно, владельцы сами об этом не знают.
Святослав Оболенский вышел на арену как раз в тот момент, когда с неё сбежали врачи, сопровождающие Митта.
* * *
— …Аскольд Игоревич Сидоров дисквалифицирован с турнира за нанесение умышленной травмы…
«Ну вот, дорогой, всё случилось ровно так, как ты и планировал», — мелькнуло в голове великой княгини Тверской, едва она услышала голос племянника из колонок.
— Мама, мы должны что-то сделать! — изумлённо выпалила Яна, приподнявшись на кровати, у которой регулировалась высота, чтобы можно было наблюдать за боями лёжа. Трое Оболенских находились в частной ложе, скрытой от арены одним из двух зеркальных стёкол.