— Позвольте вопрос, — улыбнулся я. — Неужели есть те, кто отказывается от стипендии?
— Есть, — кивнула она. — Такое случается довольно часто. Многие аристократы считают неуместным то, что их дети будут учиться за счет лицея, и благородно отказываются от такой возможности в пользу других учеников. В таком случае лицей вправе предложить стипендию и тем, кто не вошел в первую десятку. Или же потратить ее на клубы дополнительного образования. Но вернемся к вам. Вы, я полагаю, не станете отказываться?
— От стипендии? Нет, если мое согласие не повлечет какие-то дополнительные обязательства, — спокойно ответил я. Наконец-то, мозг полностью взял контроль над подростковым телом.
— Хм… — чуть прищурилась замдиректора. — Хорошо. Однако помимо стипендии, которая является наградой за прилежную учебу, трем лучшим поступившим, если они простолюдины, директор нашего лицея — Великий Князь Тверской Андрей Михайлович Оболенский дарует великую честь, — ее голос в этот момент звучал пафосно. — Честь стать Слугой его великокняжеского рода.
С застывшей полуулыбкой на устах Ирина Александровна наблюдала за моей реакцией.
А я что? Я был огорошен. Такой подлянки я точно не ожидал.
— Это предложение? — уточнил я.
— Да, — чуть удивленно ответила женщина.
— А предложение подразумевает возможность от него отказаться, верно?
— Верно, — она вновь нахмурилась. — Но к чему вы клоните?
— Стать Слугой такого рода, как Оболенские, действительно великая честь. И я не считаю, что я ее достоин. Прошу великодушно меня простить, но я не могу принять это предложение.
— Постойте, Аскольд Игоревич, — изумленно проговорила Ирина Александровна, она явно не ожидала такого ответа. — Вы… должно быть, не понимаете, от чего отказываетесь. Вы можете…
— Прошу прощения, что перебиваю, Ирина Александровна, — тепло улыбнулся я. — Но я все понимаю. Я всё-таки занял второе место на экзамене, а без понимания общественного устройства правильно ответить на многие вопросы я бы не смог. Так вот, с полным пониманием, какую большую честь мне оказывают, я от этой чести отказываюсь.
— Но почему? — повысила голос заместитель директора и принялась торопливо объяснять: — Служение великокняжескому роду Оболенских откроет для вас огромные перспективы. Андрей Михайлович… Великий князь Тверской заинтересован в развитии талантов. В развитии науки! Именно поэтому пять лет назад он провел в нашем лицее реформу и ввел стипендии, а также возможность для простолюдинов стать Слугами его рода.
— И эти действия, несомненно, достойны огромного уважения, — кивнул я, откинувшись на спинку стула. — Но раз у меня есть выбор, я предпочту остаться простолюдином.