Он задумался, будто пытаясь вспомнить, все ли назвал.
— Еще с проституток, — взял слово Тамир.
— А, ну да! — хлопнул себя по лбу Вадим. — Здесь на втором этаже номера с койками, — он указал пальцем вниз. — За плату небольшую девочкам Алевтины их предоставляем, да и охрану обеспечиваем.
— У вас тут бордель, что ли? — опешил я.
— Да какой бордель, господин, — махнул рукой Вадим. — Так, проститутошная. И не у нас, мы тут довольно обособлено. Вроде бы внешние услуги Алевтине предоставляем.
— И все же опасно это, — нахмурился я.
Бордели в империи есть официальные. Однако требования к ним крайне высокие — соблюдение кучи гигиенических норм и регулярное медицинское обслуживание работниц. Плюс ставка налога для них выше, чем для розничной торговли или тем более производственников. Оттого и цены на услуги девушек очень высокие. Так что обычным простолюдинам такое удовольствие не по карману. Вот и процветает в бедных районах нелегальная сторона этого бизнеса.
Всё это я узнал, когда искал в интернете, как тут люди досуг проводят, и размышлял, можно ли что-нибудь организовать в этой сфере.
— Опасно, — вздохнул Вадим. — Потому и стараемся напрямую туда не лезть.
— Но все равно прилететь от полиции может, — сухо произнес я.
— Да, господин, — Наставник виновато повесил голову.
В дверь постучали, и Тамир, дождавшись моего кивка, разрешил войти. Зашла молодая улыбающаяся девушка-пышечка с подносом, на котором стояли три дымящиеся чашки и ваза с печеньем.
Она с любопытством пялилась на меня, отчего, запнувшись, чуть не упала.
— Осторожней, Ася! — прикрикнул на нее Вадим. — А то пойдешь на улицу дворы подметать.
Цокнув языком, она поставила поднос на стол, чуть поклонилась и неспешно ретировалась.
— С персоналом еще работать и работать, — отметил я.
— Ну как бы… для нашего бара ее навыков и любезности хватает, — отозвался Вадим.
— По поводу бара потом поговорим, — хлебнув из чашки посредственный кофе, сказал я: — Сейчас меня интересует другое. Оружием и наркотиками не занимаетесь?
Мужики нахмурились, а затем Наставник отрицательно покачал головой:
— К дряни вообще не прикасаемся и на нашу территорию никого не пускаем. А с оружием… сами не продаем, но достать можем.
— Это я уже понял, — я кивнул. — Так-с… значит из трех наиболее наказуемых направлений у вас только частичное участие в деятельности проститушночной?
— Верно, господин.
Оставить? Или ну ее к Форкху? Ничего не имею против жриц любви, но ведь все равно придется избавляться от столь опасного нелегального бизнеса…
Я проговорил с мужиками около двух часов. Бывший главарь и его друг выдали мне уйму информации, так что я взял время обдумать все до понедельника. Да и банде пара дней отдыха пойдет на пользу — пусть постэффекты ауры выветрятся, а там посмотрю на них и решу, что делать дальше.