— Только всерьёз заниматься выборами мы начнём через две недели. На этой неделе все будут заняты подготовкой к приезду вдовствующей императрицы. Я тоже помогаю, — сказала Юля, на пиджаке которой блестел новенький значок учсовета.

Вот такими новостями меня встретил первый учебный день после больничного.

После уроков я заглянул к инженерам, а затем в учсовет. Там вовсю кипела работа — никто не хотел упасть в грязь лицом перед её величеством Елизаветой Александровной, когда в пятницу она посетит лицей.

Так что поворковать с Софьей мне не удалось. Пришлось довольствоваться лишь несколькими тёплыми взглядами.

И вот когда со школьными делами было покончено, я пошёл на парковку «Алой Мудрости» к своему «рабочему» «РВМ». Вадим, по обыкновению, вышел открыть мне дверь. Вид Наставник имел весьма мрачный.

— Выкладывай, — велел я, когда машина тронулась с места. — Что стряслось?

— Чудинов, — выплюнул Вадим. — Вновь «случайно» встретился сегодня с Мари на рынке, я был с ней. Сперва щебетал привычную чушь, а затем позвал Мари в сторонку. Та согласилась, они отошли. Разговора я не слышал. Видел, лишь как она опешила, когда он ей что-то предложил. А затем быстро затараторила, будто извиняясь.

— И? — нахмурился я. — Что именно он предложил, ты узнал?

— Она рассказала, — вздохнул Наставник. — В ресторан, мерзавец, её позвал. Мол, угостить кулинарными шедеврами, от которых он без ума! Тьфу… Козёл.

— Судя по всему, она отказалась.

— Отказалась, — буркнул Вадим, ловко обогнав попутную машину. — Но ведь… Он ведь предложил! И вряд ли остановится после первого отказа. Да и она какая-то задумчивая после всего этого… — мрачно закончил Наставник.

Мне оставалось лишь вздохнуть.

— Едь спокойней, — сухо сказал я после минуты размышлений.

— Да… понял. Простите, господин.

— Насчёт тёти Мари… Действуй, как тебе велит сердце.

— Простите, господин. Если бы я где-то был расторопнее… Вы надеялись, на меня, а я…

— Помолчи, Вадим, — перебил я. — Не смей корить себя. Я ни в коем случае не приказывал тебе охмурить мою тётушку. Так что не думай, что ты подвёл меня или о других подобных глупостях.

— Я… понял. Спасибо, господин. Я не отступлюсь.

Я молча кивнул.

А вечером дома после ужина пригласил тётушку на приватный разговор.

— Ты хочешь что-то обсудить, Аскольд? — удивлённо проговорила она, когда я закрыл за нами дверь в малую гостиную.

— Присаживайся, пожалуйста, — на столике уже стояли чашки с чаем.

— Разговор такой серьёзный? — догадалась тётя Мари. Однако в кресло села.

Я сел напротив, взял чашку, сделал глоток и посмотрел на нее предельно собранно.