— Ха… — выдохнул он. — Знаешь, сперва я расстроился, что ты не будешь участвовать. Потом обрадовался, подумав, что так у меня больше шансов на победу. Теперь же… — он покосился на Арвина. — Знаешь, особо разницы нет, умереть от дыры в голове и сердце или просто от дыры в голове.

— На самом деле, если тебе выстрелили только в голову, шансов выжить больше, — усмехнулся я.

— Хм… А ведь правда, — он почесал затылок и посмотрел на Инну. Парень расплылся в улыбке и уверенно заявил: — Яна! Арвин! Мы ещё поборемся за чемпионство в «Алой Мудрости»!

— А тот, кто станет чемпионом «Алой Мудрости», скорее всего, станет чемпионом всей империи, — с невозмутимым видом подлила масла в огонь Юля.

— Точно! Арвин, я не сдамся! Влад, тебя это тоже касается! — завелась Яна.

На протяжении всей недели участники турнира усиленно тренировались, а все остальные лицеисты готовились к предстоящему школьному балу, который был запланирован на пятницу.

* * *

В среду двадцать восьмого сентября великая княжна Тверская Яна Андреевна Оболенская весь день находилась в лёгком напряжении. И во время уроков, и во время тренировок в клубе, и особенно когда отправилась со своей лучшей подругой выбирать новое платье для школьного бала.

И дело было совсем не в том, что если вечером мать Яны — великая княгиня Тверская, не одобрит купленное дочерью платье, на бал придётся идти в том, что выбрала мама. Такие мелочи мало заботили Яну.

Она не знала, как отреагирует её лучшая подруга на то, что Яна хочет ей сказать. Умом Яна понимала, что всё происходящее и с ней, и с Юлей — житейские рабочие моменты. Однако понимала она и то, что влюблённые люди не всегда способны мыслить рационально.

Когда с покупками было покончено, Яна вместе с Юлей решили передохнуть в небольшом ресторанчике. За лёгким ужином шли разговоры о платьях, о посещённых сегодня магазинах и модных тенденциях сезона.

Разговор был весьма светский, пока Юля Ромодановская, внимательно глядя на свою подругу, не проговорила:

— Мне кажется, тебя что-то гложет. Поделишься?

Яна улыбнулась краешком губ.

— А я думала, у меня получается держать лицо, — ответила она.

— Получается, — кивнула Юлия. — Но, хочется верить, я неплохо успела узнать тебя. Ну? Можешь поделиться? — повторила она.

— Да, — кивнула Яна. Девушка плавно выдохнула, отодвинула чашку с недопитым чаем и, собравшись с духом, произнесла: — На осеннем балу я буду сопровождать Арвина. Вероятно, и на других ближайших приёмах тоже. Но я хочу, чтобы ты знала, это всего лишь мой долг перед родом. Сама понимаешь, одно дело личные отношения в школе и совсем другое — публичные выходы в свет.