А вот второй раз Боря налетел на Варю. Той самую малость не хватило реакции, чтобы защититься.
В итоге оба оказались в сугробе.
— У вас такая дружная компания. И столько в ней представителей разных княжеских фамилий собралась… — задумчиво проговорила Софья, дослушав все подробности поездки в Сочи.
— Ага, только Троекуровых не хватает, — беззаботно ответила Алиса.
И прищурилась, внимательно наблюдая за реакцией подруги.
— Лиса, — тяжело вздохнула Софья, — ты же сказала, что всё поняла? Поэтому прошу тебя, не тревожь мне душу. Я сделала свой выбор. Я о нём не сожалею и приложу все усилия, чтобы скорее официально стать Мастером. Но это вовсе не означает, что я не хочу быть рядом с вами во время ваших поездок.
Оболенская улыбнулась и кивнула:
— Хорошо, — проговорила она, а затем не удержавшись, добавила: — Знакомство с Аскольдом явно пошла тебе на пользу. Ты стала более искренней сама с собой.
Бывшая Царица Лицея фыркнула и отбросила со лба чёрную прядь:
— Я не понимаю, Лиса, ты инженер или жрец-психолог?
— Не, жрец-то вряд ли, — изобразила задумчивость девушка. — Хотя одно другому не мешает.
Алиса добродушно улыбнулась. Софья улыбнулась ей в ответ. Вот только с каждой секундой её улыбка наполнялась грустью.
— Знаешь, Соня, — серьёзным тоном начала Оболенская, — хоть я в полной мере не понимаю, что у тебя на уме, хочу сказать одно… Подумай, чего ты сама хочешь. На самом деле. Уверена, твои близкие помогут тебе воплотить в жизнь твою мечту. Не только родители, но и даже я, могу быть чем-то полезной. И уж точно Аскольд.
«Что я хочу на самом деле? — вспыхнуло в мыслях удивлённой цесаревны. — На самом деле… На самом деле я хочу стать Софьей Александрит! И уничтожить Годуновых!»
Глава 24
Двадцать седьмого марта моему местному телу исполнилось девятнадцать лет, и в честь этого знаменательного события Оболенские устроили приём в Твери. Ведь младший сын великого князя Тверского — важный член семьи.
А за день до моего дня рожденья в Твери родился ещё один мой двоюродный брат — Владимир Вадимович Никитин. Роды проходили прямо в Кремле, в одной из двух специально подготовленных комнат. Аристократки редко рожают «на выезде». Да и во многих великокняжеских родовых усадьбах имеется помещение со всем необходимым медицинским оборудованием и обученным персоналом на случай экстренных мер. И пусть Мари не аристократка, великая княгиня Тверская видела в ней «подругу по счастью», так что настояла, чтобы ни в какую больницу Мари не отвозили и предоставили ей поистине княжеские условия.
Малыш Вова четыре часа пробивался на поверхность под крики Мари, хлопоты врачей и под зорким глазом изумлённой Вероники Ладиной.