Спустя пару минут зашла служанка и убрала со стола.
* * *
Уже на следующий день после этого разговора Алиса вела себя как ни в чём не бывало. По крайней мере, пыталась — иногда я замечал грусть и задумчивость на её лице. Но стоило Алисе в такие моменты заметить мой взгляд, как она тут же начинала добродушно улыбаться.
Тему наших с Софьей отношений она ни разу больше не поднимала. И я тоже старался этого не делать. Вообще не упоминал имя Сони до сегодняшнего дня.
— Вкусный был глинтвейн, — прервала наше молчание девушка. — Эх, тоже нужно разжиться персональной термокружкой. А то выпила твою порцию.
— Сам бы я не справился.
— Вот! — наставительно подняла она указательный палец. — Старшая сестричка незаменима! Поможет и с лишним глинтвейном и… со всем остальным.
Я улыбнулся и благодарно кивнул.
Снова замолчали.
— Кстати, — внезапно заговорила Алиса. — В некоторых Яниных книжках питие из одной кружки называют непрямой поцелуй.
— Яна читает такую разнообразную литературу, — я задумчиво покачал головой. — По этой логике, дети, вскормленные одной женщиной, тоже целовались друг с другом? Не прямо, а через материнскую грудь?
— Фи, Аскольд! Как так можно! — возмутилась Алиса. И тут же посерьёзнела. — Хотя да, звучит логично. По этой логике.
— Немного довернём логику и будем считать, что конкретно сейчас мы просто вспоенные с тобой одной кружкой, — я потряс в воздухе термокружкой. — Не каких непрямых поцелуев. Обычное братание.
— О… ну пусть будет так, — хмыкнула Алиса. Неуверенно посмотрела на аллейку, ведущую к дому, и произнесла: — Посидим ещё немного… Брат?
— С радостью, сестрица.
Глава 6
Княжеский съезд, по словам моих родственников, всегда проходит в одном формате примерно в одних и тех же датах в середине года, то есть в конце июня — начале июля. И длится он, как правило, четыре дня.
Открытие съезда знаменует светский приём сверхвысокого статуса. На этом приёме члены княжеских семей выказывают почтение друг другу, а заодно договариваются о встречах на последующие три дня.
В этом году, как и обычно, открывающий приём проходил на территории роскошного поместья бояр Годуновых в самом центре Сочи. Высокородные гости собирались в саду под сенью пальм и магнолий. Кто-то прогуливался между бесчисленных фонтанчиков, представлявших собой скульптурные мраморные композиции, а кто-то сидел в беседках, любуюсь захватывающим дух видом на море.
Примечательно, что организовывали приём не Годуновы. Более того, в этой усадьбе никто из Годуновых не живёт постоянно. Она и используется только для торжественных встреч, вроде ежегодного княжеского съезда.