23-го мая в шесть часов утра Чеченский отряд выступил по круто взбиравшейся вверх дороге к селению Хубары. Прошли шесть верст. Лагерь устроили при ауле, выставив часовых на плоских крышах. Оркестр Апшеронского полка услаждал слух офицеров на привале.

Утром двинулись дальше через густой туман. Казачьи передовые разъезды завязали перестрелку со скрытым непроницаемой пеленой неприятелем. Заняли высоты. Туман отступил. Всем открылась дивная и грозная картина.

С Хубарской возвышенности, ограниченной с двух сторон глубокими ущельями, легко можно было рассмотреть красоты Кавказа — его сверкающие вершины, мрачные голые скалы, ярко-зеленые непроходимые леса и ленты стремительных рек. Справа, за «Терингульским оврагом», толпы пеших и конных горцев с многочисленными белыми значками строились на возвышенности перед аулом Бурунтай числом не менее четырех тысяч человек. Немало их скрывалось и в «овраге», откуда раздавались частые выстрелы. Все войско распевало священные стихи из Корана и, казалось, было полно решимости не пустить русских на правую сторону ущелья.

Поручик Милютин, нахлестывая коня, помчался к Граббе доложить о неприятеле. Молодой офицер получил в Чечне пулю в руку, рана заживала паршиво, но он добился разрешения сопровождать отряд и далее.

Граббе долго не раздумывал.

— Разворачивайте отряд в боевой порядок. Мы немедленно атакуем!

Два батальона остались прикрывать вагенбург[2]. Остальные разделились на три колонны. По центру двигались кабардинцы Лабынцова. По бокам куринцы. Слева — отряд генерала Галафеева, справа — полковника Пулло.

Решительность натиска русских обескуражила горцев, засевших в балке. Они поспешно отступили. Следом за ними устремились егеря. Спуск и подъем по крутым, заросшим лесом склонам занял час. Лишь две тропинки петляли между деревьев и камней.

Чтобы прикрыть атакующие войска, вдоль обрыва в ущелье развернули единороги, засыпавшие горцев картечью, и стрелковую цепь, от которой было мало толку. Расстояние до противоположного края было слишком велико для солдатских ружей. Зато Васин штуцер пригодился. Он выцеливал прыгавших у самого гребня горцев и спокойно их отстреливал по одному.

Вскоре рядом с ним собралась группа «фазанов». Принялись наперебой подсказывать ему цели. Спорили на деньги, попадет Вася или нет. Восхищались удачным выстрелом.

— Откуда столь занимательное ружье? — осведомился поручик Хрущев из конно-гренадерского полка.

— Сие есть штуцер, мон шер ами! — снисходительно пояснил поручик Муратов из лейб-гренадеров.

Семеновец подпоручик Рылеев подтвердил.