чуть не кричал на нее шепотом. — Руслан, ты же меня прекрасно знаешь… — Поэтому и спрашиваю. — Да, рассказала. — Юля посмотрела в глаза мужа. — Что ты ему сказала? Что мы из будущего? — Нет. Только то, что он скоро погибнет. — Зашибись. «Вы такой смелый, господин капитан, кстати, вы скоро умрете». Так, что ли? — Нет. Я сказала, что у моего мужа — приступы ясновидения, и он, в смысле ты, видел его смерть. Руслан подумал. В принципе — некритично. Всегда можно повернуть в сторону злой шутки или желания Юли покрасоваться. — Ну и зачем? — Руслан, человек погибнет! При чем здесь «зачем»? — Спасла, значит? — Спасла. — И оставила Россию без парашютов. — В смысле? — Когда капитан погиб, его смерть увидел Глеб Котельников, актер театра. Смерть Мациевича так его потрясла, что он изобрел ранцевый парашют. Который, между прочим, спас не одну жизнь. Так что капитана ты спасла, а тех других людей убила. Юля взяла Руслана за руку, подтащила к зданию и прислонила к стене. — Руслан, — очень серьезно сказала она, тем серьезным тоном, который означал, что она с трудом сдерживает слезы, — а может, не надо высчитывать? Людей нужно спасать не потому, что их жизнь или смерть принесет какую-то пользу в будущем, а потому, что они — люди! Парашют — это такая вещь, которую все равно придумают, не русские — так поляки или татары. А капитан будет жить, ты понимаешь, жить! И будет известен не только дурацкой смертью, а и своими подвигами в воздушных боях. Он прославится, может, еще и в Великую Отечественную не одного немца собьет… — В шестьдесят-то лет? — попытался свести разговор к шутке Руслан. — Он их что, клюкой будет сбивать? — Дурак! — Юля развернулась и зашагала прочь. Остановилась у кирпичного забора. Фыркнула, развернулась и зашагала в другую сторону. «Может быть, Юля и права. Что-то я переборщил с рациональным подходом. Забыл про мораль и про то, что рациональность позволяет оправдать все что угодно. С точки зрения чистой логики нельзя объяснить, почему нельзя бросить в беде утопающего. Можно придумать кучу объяснений — и что рискованно, и что опасно, и что одежда намокнет, и что человека этого ты в принципе не знаешь, и, может быть, он вообще плохой и жену бьет. Можно придумать множество оправданий, серьезных, убедительных. А мораль скажет: 'Утопающего бросать нельзя, потому что нельзя», — и бросится в воду. Глупо, наобум, но попытается спасти. Вот тут и задумаешься, кто прав — моральная дурочка или рациональный подонок'. Глава 9 Как это здорово, когда твои жена и