— Думаю со стороны гостей назначат пару толковых драгун для этого дела, когда попросим, — предположил я. — А еще моих парней отдам вам в помощники. Пускай тоже приглядывают, — предложил я. — Дежневы, Ленька, Васятка, Гришата, ну и Проню Бурсака тоже можно.

— У правления места хватит, — задумчиво сказал атаман, — там можно навесы поставить неподалеку друг от дружки. Если только мороз не прижмет, а погода будет как сейчас, то ладно получится.

— Молодым в любую погоду жарко будет, — пробормотал отец Василий. — Они и на снегу плясать станут.

* * *

Утро венчального дня началось с шума. Сначала Даша разбудила, громыхая ухватом у печи. Потом дед закашлялся так, будто решил поднять по тревоге половину станицы.

Мне нужно было заскочить к правлению, глянуть, все ли готово. Но по дороге не удержался и заглянул к Тетеревым.

Там с порога встретил Пелагею Ильиничну Колотову. В руках она держала небольшую шкатулку темного дерева, с медными уголками.

— Гриша, вот, глянь, — сказала она заговорщицким тоном. — От жениха подарок невесте. Сергей вчера поздно передал через драгуна своего. Просил, чтобы утром вручили, как снаряжать к венцу станут.

Я не успел ничего спросить, как откуда ни возьмись выскочил, как черт из табакерки, Ванюшка. В белоснежно чистой длинной рубахе и аккуратно приглаженными волосами.

— Гриша! — увидел он меня и сразу вытянулся. — А я нынче свадебный отрок!

— Вот оно как, — серьезно кивнул я. — Должность у тебя серьёзная.

— А то! — подтвердил он. — Мне велено на серебряном подносе перчатки и фату подать, туфельки невесте обуть, ну и потом провожать и фату позади нести. Дел много!

— Тогда смотри, не оплошай.

— Я-то? Ты чего, Гриша! Разве ж я хоть когда-нибудь подводил? — чуть ли не обиделся юный герой.

Я протянул руку, чтоб привычно потрепать его по волосам. Вспомнил о праздничной «укладке», поспешил отдернуть ладонь. Вместе с ним и Пелагеей Ильиничной мы вошли в горницу.

— Доброе, Татьяна Дмитриевна, — поздоровалась Колотова и подала женихову шкатулку. — Вот, от жениха передали.

Все уставились на нее и притихли. Даже Машка, сидевшая рядом с Аленой, перестала болтать и вытянула шею.

Настя стояла возле окна. Волосы распущены по плечам, на щеках румянец.

— Откроем женихову шкатулку-то? — нетерпеливо подала голос Машенька. — Страсть, как интересно!

Настя улыбнулась, кивнула и замочек мягко щелкнул.

Внутри лежала белая фата, свернутая легким облачком. Рядом две венчальные свечи, перевязанные узкой лентой. Маленький футляр с кольцами. Булавки, перчатки, тонкий платочек. Еще крохотный пузырек духов, от которого потянуло непривычным, но приятным ароматом.