А сделать подобного рода диагностику тайно, просто невозможно.

Дима вот сразу почувствовал тот момент, когда Настя прошлась по нему и зацепила его сущность, которая в ответ на столь бесцеремонное вторжение злобно оскалилась. Но в данном случае, такого рода вмешательство, можно сказать, в порядке вещей — он присутствует на Обряде и фактически дал своё согласие на небольшое и неглубокое сканирование…

Надо сказать, Настя произвела на него впечатление. С каждым днём, да что там с каждой новой встречей эта девушка удивляла и восхищала его. Вот и теперь с восковым лицом и словно неживыми глазами, окружённая ореолом из серебристых всполохов силы, находясь на острой грани между небесной красотой и красотой ада, она заставляла любоваться собой.

Ну а дальше, после того, как этот недомужик унёс Настю восстанавливаться, вечер стал невероятно скучным и однообразным. Даже спиртное больше не помогало.

Энджи всё никак не могла отказаться от своих планов затащить его в постель. Соколов остро почувствовал себя красной девицей, набивающей себе цену. Поэтому ходячее розовое амбре не отходило от него ни на шаг, всё время пытаясь притиснуться.

После пятого поползновения её нижней конечности в сторону паховой области, Дима начал тихо звереть.

— Анжелина, — собрав остатки терпения, произнёс мужчина, поворачиваясь к Ведьме. — Скажи, праздник уже закончился и все могут разбегаться по домам? Или по протоколу требуется ещё какое-то время моё присутствие?

— Ты хочешь уйти? — сразу же догадалась она. Только вот мысли у неё были однобокие и только под одно настроенные. — А как ты смотришь на то, чтобы провести время с большей пользой?

Теперь к его бёдрам поползла ещё и верхняя конечность. Феникс в последний момент ловко перехватил её у самой грани приличия и отвёл в сторону:

— По-моему, мы договаривались о другом.

В этот раз реакция девушки была иной. Она не стала спорить, возражать, флиртовать или закатывать истерики. Нет, Энджи поступила мудрее, решив сыграть на жалости. Ведь каким бы сильным Колдуном ни был Соколов — он в первую очередь был мужчиной.

— Дим, за что ты так со мной? — жалобно прошептала она, потирая руку. — Я же не виновата в том, что Главы договорились между собой… Поверь, если бы всё зависело от меня… Я бы никогда тебя не обманула… только не тебя… Зачем ты мучаешь нас, лишая наслаждения?

«А ведь она не знает», — внезапно понял тот.

Ириска не знает, что от одного её вида у него начинаются колики. Значит, Ирис решила пощадить самомнение дочери. Ну, решила и чёрт бы с ней. Диме, по сути, было всё равно. Лишь бы его оставили в покое. А пока с этим пунктом были большие проблемы.