— В каком смысле? — нахмурился Феникс.

За меня ответила Татьяна:

— Она перестала быть нужной Клану.

— Они отказались от неё?

— Сейчас она в одном из детских приютов. Ей почти год, и она никогда не узнает о том, кем могла бы быть, имей она магию. Никогда не узнает, что такое семья.

— Подождите. Понятное дело, что Клану она не нужна, но мать? — отказывался верить Дима. — Эта, как её там, Светлана, как она могла отказаться от собственного ребёнка?

— А как Ведьмы отказываются от своих сыновей и никогда с ними больше не встречаются?

— Она вам теперь за это мстит?

— И за это тоже. Но больше всего Свету огорчает то, что Совет не разрешил ей в ближайшее время заключать Контракт. Ведь официально, дочь у неё уже есть.

— Офигеть. У меня просто нет слов. Я, конечно, знал, что Ведьмы те ещё штучки, но чтобы так… Девочка же ни в чём не виновата.

— Матвеева, — вдруг тихо произнесла Татьяна, задумчиво глядя перед собой. — Я ведь помню эту историю, столько шума было в газетах и на телевидении. Дим, помнишь выступления Вознесенского? Он тогда так старался опорочить всю ведьминскую братию в грехах и пороках… Вот, только Ведьма Анастасия Матвеева была уничтожена Стражами при попытке бегства.

— Совершенно верно. Официально Анастасия Матвеева мертва вот уже месяцев семь или восемь.

— Сергей, — как будто с чем-то соглашаясь, кивнула девушка.

— И он тоже. У вашего отца было очень много друзей и союзников, — улыбнулась я ей.

— Только это не спасло его и маму.

Вздрагиваю от знакомых картинок перед глазами. Нет, никогда мне не забыть того, что произошло тем вечером.

— Мы все знаем, на что идём, — обречённо, и даже как-то покаянно прошептала я.

— И вы хотите втравить в это Дениса?

Я сразу прочувствовала обвинительные нотки в её голосе, и вновь взглянула на свои руки. С опозданием отмечая, что я вся в грязи и копоти. Длинная юбка в непонятных разводах и пыли. И я уселась во всем этом великолепии на белое кресло.

— Этого хочу не я. Этого хотел ваш отец.

Промолчала, но губы поджала.

В этот момент моё внимание привлёк Соколов:

— И что теперь будет дальше?

— Не знаю… Скорее всего, совсем скоро объявят, что Стейси Матиас погибла при взрыве. А мне придётся делать себе новые документы и новое лицо.

— И часто тебе приходится прибегать к этому?

— Не поверишь, в первый раз.

— Но как тогда она тебя нашла? Светлана? Если официально ты мертва и дело закрыто?

— Не знаю. Конечно люди Вознесенского не поверили в мою смерть и до сих пор продолжают искать меня повсюду… Но я, правда, не знаю, как ей это удалось, — я вновь взглянула на свои грязные руки. Вроде как координация ко мне вернулась. — Скажите, а где я могу привести себя в порядок?