Распахнув глаза, Соколов обнаружил, что всё это время оказывается страстно и весьма темпераментно целовался с Лизой. Девчонка уже сидела у него на коленях упираясь острыми сосками ему в грудь. Её прозрачная туничка куда-то благополучно делся и вполне возможно Дима стащил или разорвал его собственноручно. Да и сам мужчина был уже почти раздет. По крайней мере, рубашка его была расстёгнута до последней пуговички, ремень тоже и шаловливые женские ручонки уже подбирались к молнии на брюках.

— Стоп! — прохрипел он и сжал тоненькие пальчики.

— Что? — Лиза взглянула на него затуманенными от страсти и желания глазами и облизала розовые губки, вкус которых до сих пор горел на его губах.

Дима весьма невежливо отцепил девушку от себя, усадил на диван и быстро вскочил на ноги, делая два шага назад.

Сердце стучало как ошалелое, плоть затвердела до такой степени, что любое движение причиняло жуткую боль. Больше всего на свете ему сейчас хотелось стащить с себя эти тесные тряпки, затем раздеть до конца Лизу (её кружевные трусики за одежду посчитать было трудно), уложить её на какую-нибудь твёрдую поверхность (хотя можно и стоя, несколько пикантных поз он отрепетировал с другими Ведьмами ранее), и погрузиться в её тело до упора, ощущая, как её лоно крепко обхватывает его своими внутренними стенками. Ощутить вкус силы и страсти, впитать их в себя, наполняя до отвала резерв.

Сущность внутри стенала и стонала, требуя продолжения и злясь на Ведьмочку, что не смогла довести дело до конца и у хозяина вдруг проснулась совесть.

«На фиг совесть, — ворчала она, нарезая круги. — Дай пожрать!! Ведьмочка хорошенькая, вкусненькая и такая молоденькая»…

Боль в паху вместе с нытьем и рычанием сущности сводила с ума. Флёр Сирены брал над ним верх. Ведь это же так просто и легко. Надо лишь ослабить контроль и поддаться искушению… всего один раз.

Никто не узнает…

Картинки, посылаемые сущностью, были одна провокационнее другой. Яркие и безбашенные сексуальные приключения из его жизни.

От удушающей волны желания, что накатывала со всех сторон с каждым разом всё сильнее и безудержнее, стало трудно дышать.

В глазах замерцало и зарябило.

— Собирай вещи и уходи, — рыкнул он, с трудом сдерживая стон и согнувшись схватился рукой за стенку. Не хватало ещё грохнуться у неё на глазах.

Гул в голове становился всё сильнее и пронзительнее, чему изрядно способствовала тёмная тварь внутри него. Её такой расклад совершенно не радовал. Всё его тело крутило и выворачивало от неудовлетворённого желания. То, что могло подарить невиданное наслаждение, стало источником адской боли.