Где-то в углу застонал Кильчицкий. Игнатьев подошел к нему и положил тому ладонь на солнечное сплетение.

— Ты как? — голос Игнатьева даже не дрожал. Минуту назад он убил человека, которого называл другом, и сейчас даже не терзался по этому поводу.

— Фигово, — прохрипел Кильчицкий. — Что с Пашкой?

— Этот паскуда Гущин прикончил его. Не переживай, я придумал ему хорошую месть.

Игнатьев поднял голову в сторону спуска с чердака и посмотрел на Ингу.

— Ты что, дура? Я же сказал тебе привести сюда дружинников! Ты должна была сделать это еще пару минут назад!

Инга круто повернулась и бросилась вниз, а видение рассеялось. Я открыл глаза, но мир передо мной еще плыл. Я почувствовал, что едва держусь на стуле, а чьи-то крепкие руки поддерживают меня. Присмотревшись, я увидел Серпуховского.

— Это ничего, поначалу всегда так мутит, привыкнешь, — подбодрил меня сотник.

— Как это возможно?

Я обвел глазами присутствующих. Инга опустила вниз глаза, а ее щеки горели, Серпухов молчал, давая слово Эвелине, поэтому женщина решила рассказать.

— После достижения десятой ступени развития прорицатели могут видеть многие вещи, и даже позволять видеть это другим.

— Вы прорицатель? — я удивленно уставился на женщину. Конечно, мне хотелось спросить совсем другое, а именно — как ей удалось развить свою ступень до такой высоты. Выходит, она может мне помочь увидеть родной мир, узнать что случилось с сестрой и вообще моей семьей.

— Именно. Все, что ты сейчас видел — это не воображение, а самые настоящие воспоминания. Когда Инга пришла к нам, таким образом мы узнали многое из того, что требовалось знать. К сожалению, многие ее условия выполнить нам не удалось — Преображенские начали обрывать мосты и стерли с лица земли особняк Игнатьевых, уничтожив всех ее родственников.

— Сашка! — я забыл о том, что еще не восстановился после видения и подскочил. В глазах мгновенно потемнело.

— Успокойся, она в порядке, — взяла слово Инга. — Ее вместе с остальной прислугой перевели в общественные бараки. Формально она все еще остается слугой Игнатьевых. Как видишь, Макар считается пропавшим, а все остальные погибли. Я последняя из Игнатьевых.

— Я должен ее найти.

— Найдешь, — слово взял Серпухов. — Уверен, Миша, ты многое сделаешь, но не сейчас. Ты ведь понимаешь, что Преображенский искал тебя не просто так? Ты не можешь просто так вернуться на турнир или обратно в Ростовскую академию.

— Погодите, вы хотите сказать, что я не смогу выступать на Великом турнире?

— Узнаю кровь Островских, — Алексей улыбнулся. — Да, о Великом турнире можешь забыть. По крайней мере, на этот год.