— Купава! — так строго произнесла она, без крика, но уверенно, что у меня мурашки побежали по телу, и я повинно опустила голову. Но тяжелый взгляд бабули перешел на короля. — Ваше величество! Надеюсь, вы отдаете себе отчет в ваших действиях?

— Полностью, — хмыкнул этот наглец, сложив руки на груди.

Бабуля поумерила свой гнев, но меня прионяла за плечи. Оценила, что я была полностью суха, и даже нахмурилась, видимо, тоже задумавшись о силе, которой обладал Максимилиан. Синеглазка все это время спокойно сидела на подоконнике, а Дейн Эверус стоял в коридоре.

— Хорошо, что я еще не успела уехать, — пробормотала бабуля конкретно мне. — Невозможный у тебя жених, Купава!

Я встретилась взглядом с Максом и даже не смогла подавить улыбку. Его величество неотрывно смотрел на меня, разумно не вступая в спор с бабулей, но его взгляд говорил о многом. Опустив глаза, я все-таки вышла из кабинета мистера Марксона и отправилась вместе с преподавателями к каретам.

Всю дорогу до академии думала о поцелуе. Губы горели, как и все тело от прикосновений короля. Неужели, если я выйду замуж, то смогу всю жизнь испытывать то же самое? Смогу каждый день обнимать и целовать этого мужчину?

Сердце кольнул страх. А что, если это лишь картинка? Что, если после брака и рождения первенца моя сказка закончится и он превратится в того, чей разговор о предназначении женщин я подслушала? Меня все еще терзали сомнения.

* * *

Спустя два часа мы сидели в моей комнате и уплетали вкуснейшие пирожные с раманским кофе, доставленным в академию бабулей. Сама леди Энштепс приобнимала меня за плечи. Арк-Вирт, Элай, Тимория, Клаудия и Рами тоже сидели рядом. Крепыш угощался орешками на столе.

Принц заинтересованно поглядывал на Синеглазку.

— Значит, ты владелица зимокрыла. Неплохо для первокурсницы.

— Она сегодня заморозила время, дав Тимории время.

— И она чуть не попала в руки злоумышленников, — произнесла бабуля со вздохом.

— Что ты имеешь ввиду? — нахмурилась я.

— Когда я отправила горничную за кофе, то встретила ректора. Он уже успел побывать в полицейском участке, где и узнал подробности произошедшего на сталелитейной фабрике. Оказывается, там действовал брат-близнец похитителя, который две недели назад напал на тебя, Купавушка, — бабуля погладила меня по макушке. — Правая рука того контрабандиста, Неуловимой маски, по крайней мере члены картеля так думали. Правая рука Неуловимой маски и тот, кто свою маску никогда не снимал. Только вот братья были на равных, и, чтобы никто не узнал об одинаковой внешности, они носили маски, и периодически их снимали, но не рядом друг с другом — поэтому члены их картеля всегда думали, что кто-то второй — двойник и остается в тени. Они путали своих поставщиков, бывая в двух местах одновременно, но никто не знал об этом. Вот почему они были такими идеальными ворами — никто не мог их поймать. Но они замахнулись на святое — на тебя, и один из братьев поплатился за это жизнью.