— Н-да, теперь как порядочная девушка ты обязана взять на себя ответственность за поруганную честь её сыночки, — продолжая прижимать меня к себе, прокомментировал Яр.

Издевается, гад! Но мне было чем ответить:

— Вот ты смеешься, а ведь в случае прихода сюда храмовника тебе придется жениться.

— На этой милой достопочтенной вдове? — приложив свободную руку к сердцу, уточнил Яр.

Женщина, услышав об этом, оглянула Яра весьма заинтересованным и красноречивым взглядом, и приосанилась. Убрала руки с косяка и положила их на талию, тем самым оную подчеркнув. Красноволосый заметил этот маневр и сглотнул.

— Разумеется, — серьезно кивнула я. — А я свечку в первую брачную ночь поддержку… над дырой в крыше. Еще и концерт устрою, билеты продам.

— Дорогая моя обманщица, боюсь, актер из меня некудышный… давай лучше ты? А я соберу зрителей.

Я ущипнула его руку.

— Эй, нельзя вот так откровенно красть коммерческую идею!

— Учитывая, что идея была построена на эксплуатации моего тела — можно, — парировал маг, как-то недоверчиво глядя на женщину, которая пожирала его таким взглядом, словно они уже приступили к первой брачной ночи. — И вообще… я еще не согласен прощаться с невинностью.

Теперь я изумленно посмотрела на него. Уголки губ дрожали. Вот ни за что не поверю, что он девственник. Столько смешинок во взгляде, что я тоже не удержалась от ответной улыбки. В груди разливалось какое-то странное тепло.

Я вдруг вспомнила о кролике и опустила взгляд на пояс его брюк. Маг тут же приподнял мой подбородок пальцем, пожурил.

— Ай-яй, маленькая развратница, ты о чем сейчас подумала?

— О кролике, — ответила честно. — Где он?

Он не ответил, ведь внизу послышались шаги. Матушка победно улыбнулась, развернулась к выходу и скорее всего к лестнице на первый этаж, а мы… мы ринулись к балкону. Так стремительно и слаженно, будто лучшие подельники города. Яр спрыгнул первым, а затем протянул мне руку. Я легко опустилась вниз, вцепившись в плечи парня, и мы на мгновение зависли.

У него глаза красивые. Зеленые, словно молодая листва. А еще — добрые. Благородные. Почему-то чувствуется, что он не способен причинить боль. Сердце начинает колотиться так быстро, что кажется — секунда, и закружится голова. Именно поэтому я сильнее сжала плечи, а Яр, вместо того, чтобы отстранить, прижал к себе ближе, буквально впечатывая мои бедра в свои плечи.

— Булочница… — хрипло пробормотал он, — ты как-то странно на меня влияешь.

— Я? — недоуменно спросила я, не в силах отвести взор.

Так и смотрели друг на друга, пока сверху, с балкона, не раздалось: