— Мастер Кеос, — услышала я до боли знакомый голос, и мое сердце сжалось, как бывает всегда при встрече с этим человеком. — Ты еще здесь? Рад, очень рад. У меня к тебе важный разговор.

— Вы выбрали не самое лучше время, ваша светлость, — откликнулся учитель. — Я уже ухожу, чтобы успеть подготовиться к маскараду.

— Я не отниму много времени, — отозвался герцог Роксвел Эндервуд с некоторым пренебрежением. — Я заходил в псарню и вдруг вспомнил, что ты так и не подал заявление на продление контракта. Осталось две недели… или мне заняться поиском нового смотрителя заповедника?

— Ваша светлость, просто в последнее время было столько дел, что я не успевал, — откликнулся почти искренне. Он тянул с решением, чтобы дать мне время сбежать, пока герцог ничего не заподозрил. — Завтра утром я зайду, и мы подпишем документы.

Роксвел молчал. Мне не нравилось это молчание. Внезапно он сделал шаг вперед. Я не видела, но почувствовала напряжение, витающее в воздухе.

— Тирон, я видел, как ты смотришь на мою дочь.

— Эрелин? — притворно изумился учитель.

— Другую дочь, — с нажимом на первое слово повторил герцог. — Даже не мысли об этом. Через год, если они обе выживут, Джесселин станет моей второй наследницей. Мы победим проклятье, а я найду дочери подходящую партию.

Я приоткрыла рот. Никогда ничего подобного не слышала от герцога. Он вообще со мной не разговаривал, не приближался ко мне, в отличие от пышущей злобой герцогини, и тут… такие новости? Он собирается использовать меня как разменную монету?

Однако греет душу то, что он все-таки надеется, что мы обе выживем. Вот только возможно ли будет после всего, через что я прошла, счастливое воссоединение семьи? О, ваша светлость, вы слишком оптимистично настроены.

Интересно, а о каких мыслях Кеоса он говорит?

— Внезапно, — выдохнул учитель. — Неужели выгодного брака одной дочери вам не достаточно? Она станет будущей королевой Рамании — самого большого королевства нашего мира, весьма богатого. К чему вам управлять судьбой второй дочери? Не хотите дать ей кусочек счастья после всего, через что ей приходится проходить каждый день?

— И этим счастьем планируешь стать ты? — хмыкнул отец, а я вновь так ничего и не поняла.

Он ведь не намекает на мои отношения с магистром? Это просто глупо! Он — мой учитель, наставник, человек, который заботится обо мне. Лишь со стороны может выглядеть иначе.

— Не важно, кто, главное, что это будет её выбор, — уверенно заявил Кеос.

— Упрямец! — заявил несколько раздраженно его светлость. — Надеюсь, мы друг друга услышали. Буду ждать тебя на маскараде, а завтра утром — в своем кабинете.