Это было совсем не похоже на неё. Виктор наконец поднял глаза. Посмотрел на неё. Долго, внимательно, будто видел впервые.

— Настя… — сказал он. В его голосе не было злости, но он был настроен явно не так, как она. — Хочу сразу же тебе сказать, чтобы потом между нами не возникало никаких вопросов. На ринге нет друзей! Есть только соперники. Я буду биться, чтобы победить. Сделаю все, чтобы добиться этого, и я не буду сдерживаться. Если ты рассчитываешь на дружескую прогулку по октагону, то ты сильно ошиблась.

— Я и не рассчитываю… — ответила она, и в её голосе звучало удивление. — Я просто хочу, чтобы после боя мы остались друзьями. Ты думаешь мне нужны поддавки с твоей стороны?

— Это зависит не только от меня, — сказал Виктор. — Но на турнире у меня нет ничего личного. Каждый из вас мой соперник до его окончания.

— Удачи тебе с таким мышлением…— сказала она.

— Она мне не пригодится, — ответил Виктор и, развернувшись, пошёл к выходу. Даже не оглянулся.

Мы все смотрели ему вслед. Игорь покачал головой.

— Что это только что такое было? — спросил Безухов.

— Понятия не имею, но я тоже о очень удивлен, и это ещё мягко сказано.— ответил я.

— Виктор какой-то очень странный… — сказала Анжелика. — Может, что-то случиться?

Француженка, которая в последнее время практически избавилась от своего акцента, снова стала путать слова.

— Он всегда был таким, вы что, не замечали? — ответила Настя. — Просто сегодня все дерьмо вылезло из него наружу.

— Ладно, может быть он просто разнервничался из-за всего этого. — сказал я. — Завтра тяжелый день. Пойдемте в комнаты.

Коридоры академии уже были пусты. Наши шаги гулко отдавались от каменных плит. Игорь свернул в сторону медпункта.

— Вы идите. Сегодня мне с вами не по пути.— сказал он. — Я пока ночь там проведу, так лекари решили. Завтра уже выпишут, сказали. Не хочу рисковать и не слушать их советов, вдруг ночью станет хуже. А мне не хотелось бы пропускать финальные поединки моих друзей.

— Все верно ты решил. Давай, поправляйся, — сказал я.

— А ты завтра набей им всем морды, — усмехнулся он, прихрамывая. — Особенно этому Ники. Ну и… Виктору, если придётся. Только ему не говорите, что я такое сказал.

— Как это? Прям сейчас вернусь и скажу ему: «Прости дружище, но Игорь просил тебе харю начистить», — ответил я с улыбкой на лице.

— Знаешь что самое смешное в этой ситуации? — сказал Игорь и на его лице, тоже появилась улыбка. — Ты ведь и правда сможешь ему такое сказать.

— Ну спасибо! — ответил я ему.

Он кивнул и пошёл дальше, опираясь на трость.

Через некоторое время я зашёл в нашу комнату. Виктор уже был там. Он сидел на своей кровати, сняв ботинки, и смотрел в стену. Не раздевался, не ложился. Просто сидел. Странный.