— Конечно, я умею стрелять. И очень неплохо. Я же охотился не раз…

— Отлично! Тогда мне нужна от вас пара уроков.

Фонтон вздохнул. Взял себя в руки.

— Я распоряжусь! И прокачусь с тобой до Бююкдере. Поглядим, какой из тебя стрелок.

— Это будет весьма кстати. Не хватало, чтобы меня один нехороший человек прихватил на пристани с огнестрелом в руках, несмотря на мой мундир! И нам бы еще пригодилась подзорная труба и кое-какая одежда.

… Знакомые сосновые холмы за летней резиденцией. Пасторальная тишина. Птички поют. И двое в нарядах стражи Старого квартала с винтовкой и с патронной сумкой в руках.

— Зачем такой маскарад, Коста? — с интересом спросил меня уже собранный и деловой Фонтон.

— План «Б», шеф. Все, как вы учили.

—?

— Наверняка, нас заметят. Потом будет покушение. Всплывет, что по холмам в окрестностях посольских дач ползали двое подозрительных полицейских, которым здесь не место.

— Да ты иезуит! А план «А»?

Я рассказал.

— Страшный ты человек, господин поручик.

— Учителя были хорошие, — улыбнулся я. — Я не только вас имею в виду.

— Вот это место подойдет! — прекратил свои расспросы Фонтон, превращаясь в тренера по стрельбе.

У меня с ней не задалось. Отличная винтовка отказывалась меня слушать. На дистанции более ста шагов я начинал безбожно мазать. А нужно минимум сто пятьдесят. Ближе — открытая местность. Я начинал волноваться.

Не помогали ни сошки-треноги, ни стрельба из положения лежа. Фонтон был явно на голову меня выше, как стрелок. Что там на голову! На несколько голов, судя по тому, как раз за разом, объясняя мне мои ошибки, клал пули с небольшим разбросом вокруг условного центра нашей условной мишени. А я только с десятого выстрела зацепил ее край. Поднялся с земли. Фонтон, только что выразивший небольшой восторг по поводу моего первого удачного выстрела, удивился.

— Давай ещё! — убеждал он меня.

— Нет времени, Феликс Петрович! Нужно спешить!

Я взял винтовку, сошки. Выковырял все, до одной, пули из мишени. Пошёл быстрым шагом в направлении Терапии. Фонтон поспешил за мной.

— Вы куда? — удивился я.

— С тобой пойду. Мало ли что…

— Шеф, может не надо?

Фонтон отмахнулся.

— Ты же понимаешь, что, если промахнёшься… — он говорил торопливо, в ритм нашей ходьбы.

— Понимаю, — отвечал я. — Значит, не промахнусь. Не имею права!

— С такой-то стрельбой⁈

— Бог не выдаст, Феликс Петрович. И выхода другого нет. Я всё сделаю тщательно, как вы учили. Торопиться не буду.

— Может и так, — вздохнул Фонтон, — только не верю я в чудеса, Коста!

— Тогда помолитесь за меня!

Пришли на место. Изрядно запыхались. Я спокойно стал готовиться. Установил сошки. Поставил винтовку. Лёг. Успокаивал дыхание. Вытащил подзорную трубу.