— Но об этом мы подумаем завтра! — вдруг высказалась Тамара словами такой же бестии, как и она, вытащив меня из тяжелых раздумий.

Я уставился на неё.

— Что? — Тамара удивилась.

Я молчал. В голове пронеслась мысль, что, может быть, Скарлетт — реинкарнация Тамары? Потом тут же мысль была признана идиотской. Скарлетт — выдуманный персонаж, а моя Тамара — вот она, сидит напротив, ждёт ответа.

— Коста? ­

Вместо ответа я поцеловал жену.

— Ты права. Подумаем об этом завтра. Сегодня будем веселиться!

…Попросил кучера остановиться метров за сто до таверны. Очень хотелось сделать настоящий сюрприз семье. Неожиданный!

Пошли к таверне.

— Странно, — удивилась Тамара.

— Тихо? — догадался я.

— Да. Очень. Они точно здесь справляют?

Упс! Я заволновался. А что, если все сейчас в Балаклаве? Нет, не может быть. Не могут они оставить все хозяйство на такие праздники. Когда гостей у княгини Голицыной, наверняка, навалом. Но почему гостевые домики стоят пустыми⁈

Открылся вид на таверну. Мы вздохнули с облегчением. Свет в окнах горел. Я заметил, как Тамара вдруг заволновалась. Выпрямила спинку. Собралась.

— Волнуешься?

— Конечно! — призналась жена.

— Зря.

— Нет, не зря. А вдруг…

— Не может быть никаких вдруг, — отрезал я. — Такая девушка, как ты, не может не понравиться!

Тамара расслабилась.

Подошли к дверям. Я остановился.

— Что? — недоумевала Тамара.

— Сейчас.

Подошёл к окну. Заглянул.

Вся семья была в сборе. Я застыл. Смотрел. Сдерживал слёзы. Я очень по ним соскучился.

Ваня, по обыкновению, разливал свои водки по рюмкам. Варвара — ворчала. Эльбида, обняв Яниса, кормила его с ложечки, целуя в макушку после каждой съеденной порции. Сальти весело шумел, кажется, подначивая Умута. Неожиданно к столу подошли Миша и Микри. Миша нёс громадное блюдо с бараниной. Следуя указаниям своей маленькой госпожи, поставил блюдо в центр стола. Все ликовали.

И только Мария, моя сестра, выглядела потерянной. Улыбалась через силу. Явно нервничала. Отвечала невпопад. Все время оглядывалась на дверь.

«Она чувствует! — догадался я. — Ждёт меня и чувствует! Сестра!»

Мария перевела взгляд от двери на окно. Наверное, не понимала до конца: точно ли это я смотрю сейчас на неё? Или её просто привиделось, потому что она все время думает про меня, ждёт, и хочет, чтобы я сейчас оказался за этим столом рядом со всей семьёй?

Вскрикнула так, что перепугала всех. Потом вскочила и побежала к дверям. Все, ничего не понимая, бросились за ней.

Я оторвался от окна. Подошёл к своим. Стал на шаг впереди.

— Готовьтесь! — предупредил. — Сейчас нас снесет греко-турецкая волна!