Зато я узнал, что Дюке — в прошлом чемпион Мексики по собачьим боям, а Гектор — сын короля Панамы. Не уверен, что на исторической родине Криса вообще хоть когда-то правили короли.
Автобус высадил меня в сотне метров от трейлерного парка. Мог бы и чуть дальше проехать. С огромным трудом я доковылял — рюкзак производил впечатление каменного. Но на душе образовалась легкость — я сделал это. Неидеально, со скрипом и неприятностями, но совершил важный шаг к самостоятельности.
На подкашивающихся ногах добрел до трейлера и рухнул прямо на диван в гостиной, моментально отрубившись. Тьма приняла меня в свои ласковые объятья.
Глава 26
Интерлюдия. Линда
Худшая суббота всех времен! Шестой день недели ее и так редко радовал в прошлом, но сегодня получилось особенно ужасно.
Во-первых, у Криса экзамен. Она знала, что придется скучать и заранее прихватила альбом для рисования.
Но в кабинете самоподготовки дежурил тренер Бак и больше никто не пришел. Они остались наедине.
— Знаешь, кого ты мне напоминаешь, крошка? — спросил мужчина вроде бы ровным тоном, но с плохо скрываемой яростью.
Продолжать и дальше находиться с ним рядом сделалось страшно и Линда решила, что если физрук сделает хотя бы шаг в ее сторону — она поднимется и сбежит. И плевать на отработку.
— Одну вьетконговскую сучку, что приходила к нам на блокпост. Такая же вся белокожая, хотя вы, гуки, обычно темнеете на солнце, будто вас автозагаром поливают. И такая же большеглазая и застенчивая. Приносила нам колу и фрукты в корзинке, иногда трахалась с кем-нибудь. В один день я стоял в карауле вместе с Томми, отличным парнем родом из Арканзаса, хоть и ниггером. Приходит снова она, открывает свою торбу прямо рядом с Томми и БАХ! — мистер Бак хлопнул обеими ладонями по учительскому столу. — Полная корзина гранат у нее оказалась.
— Я… сожалею… — хрипло выдавила из себя Линда. Ей на самом деле стало жалко всех участников, даже Бака, но в первую очередь — ту девушку.
— Сожалеет она! Скажешь, сама бы так не сделала? Сюда посмотри, — мужчина задрал футболку и показал ей левый бок, испещренный сеточкой мелких шрамов. — Док сказал, что на два дюйма выше — и осколок угодил бы в сердце. А Томми, добрый парень, что так хотел домой в отпуск… знаешь, что с ним стало?
— Нет, — шепнула Линда. Пытаться спорить и что-то доказывать — глупо.
— Он умер, — холодно произнес тренер Бак, — Подумай об этом, пока я слушаю игру.
Уж лучше дурацкое спортивное радио с баскетболом, чем разговоры о войне. Думать о смертях она не пожелала. Достала альбом и начала рисовать уточек. Утёнок-энсин Звездного Флота получился отличным. Больше учитель ей ни слова не сказал. Он как уснул с открытыми глазами. Не умер? Живой же? Да, грудь вздымается. Но ушел очень глубоко в себя.